Содержание

Staphylococcus aureus 10 в 5 степени — Вопрос лору

Если вы не нашли нужной информации среди ответов на этот вопрос, или же ваша проблема немного отличается от представленной, попробуйте задать дополнительный вопрос врачу на этой же странице, если он будет по теме основного вопроса. Вы также можете задать новый вопрос, и через некоторое время наши врачи на него ответят. Это бесплатно. Также можете поискать нужную информацию в похожих вопросах на этой странице или через страницу поиска по сайту. Мы будем очень благодарны, если Вы порекомендуете нас своим друзьям в социальных сетях.

Медпортал 03online.com осуществляет медконсультации в режиме переписки с врачами на сайте. Здесь вы получаете ответы от реальных практикующих специалистов в своей области. В настоящий момент на сайте можно получить консультацию по 73 направлениям: специалиста COVID-19, аллерголога, анестезиолога-реаниматолога, венеролога, гастроэнтеролога, гематолога, генетика, гепатолога, гериатра, гинеколога, гинеколога-эндокринолога, гомеопата, дерматолога, детского гастроэнтеролога, детского гинеколога, детского дерматолога, детского инфекциониста, детского кардиолога, детского лора, детского невролога, детского нефролога, детского офтальмолога, детского психолога, детского пульмонолога, детского ревматолога, детского уролога, детского хирурга, детского эндокринолога, дефектолога, диетолога, иммунолога, инфекциониста, кардиолога, клинического психолога, косметолога, липидолога, логопеда, лора, маммолога, медицинского юриста, нарколога, невропатолога, нейрохирурга, неонатолога, нефролога, нутрициолога, онколога, онкоуролога, ортопеда-травматолога, офтальмолога, паразитолога, педиатра, пластического хирурга, подолога, проктолога, психиатра, психолога, пульмонолога, ревматолога, рентгенолога, репродуктолога, сексолога-андролога, стоматолога, трихолога, уролога, фармацевта, физиотерапевта, фитотерапевта, флеболога, фтизиатра, хирурга, эндокринолога.

Мы отвечаем на 97.55% вопросов.

Оставайтесь с нами и будьте здоровы!

v3_2011.p65

%PDF-1.5 % 2 0 obj > endobj 5 0 obj > stream

  • v3_2011.p65
  • Администратор
  • PageMaker 6.52012-01-31T11:35:52+03:002012-03-22T12:46:04+03:00Acrobat Distiller 6.0 (Windows) endstream endobj 20 0 obj > stream HW[GfFݽmwf$ZY3[J]’qA!Zl?X 6+~ ?!-py RbƋyvV:sӧnqr2.
    XU\8u6eJTi.׈/2L)NxZ

    Задать вопрос лор-врачу — страница 3

    Вопрос:

    Здравствуйте! У меня с сентября 2016 года начались заболевания ушей. Появились периодические боли в ушах и неприятные ощущения. Я пошел к врачу и он назначил мне таблетки «Лоратадин», «Левомиколь» на турунде в каждое ухо, «Амоксицилин» — 7 дней. Состояние нормализовалось, но через 3 месяца появилась серная пробка слева, а также зуд и шелушение в ушах. Я пошел к другому врачу и он поставил диагноз «хронический двухсторонний наружный отит». Врач назначил мазь «Тридерм» 2 раза в день 21 день, капли «Анауран» 3 капли по 3 раза в день 10 дней. Также врач сказал не мочить уши водой (я перед мытьем головы закладываю в уши ватку, смоченную вазилиновым маслом). Через два месяца снова появились серные пробки уже в обоих ушах. Врач назначил «дифлюкан» 100 мг — 7 дней, «ломилан» — 30 дней, «тридерм» — 21 день (мазать 21 день, затем две недели перерыв и еще 21 мазать), капли «Кандибиотик» по 3 капли 3 раза в день 7 дней.

    После лечения все нормализовалось но через 8-9 месяцев снова началось шелушение и зуд в ушах. Я мазал «Тридермом» по схеме 21 день мазать, две недели перерыв, 14 дней мазать. Это был конец 2017 года. Затем все нормализовалось. В конце 2018 года под новый год у меня образовалась серная пробка слева. Врач удалил пробку 3 января и назначил «кандибиотик» 3 капли 3-4 раза в день 10 дней. Далее 6 сентября 2019 года снова появились серные пробки. Врач удалил пробки и назначил капли «Анауран» 3 капли 3 раза в день 7 дней. В сентябре 2020 года снова началось зуд и шелушение в ушах. Поставили диагноз «Острый левосторонний наружный отит». (Ухудшение состояния ушей было связано с переходом на новую работу. Я работаю сборщиком корпусов металлических судов с июля 2020 года. Работа очень грязная и шумная. Я использовал беруши, которыми скорее всего натёр кожу, и возможно занёс инфекцию) Врач назначил капли «Кандибиотик» (14 суток) или «Анауран» (7 суток). Также я сделал анализ — взятие биоматериала на микрофлору из ушей.
    У меня обнаружили стафилококк в ушах в количестве 10 в 8 степени КОЕ/мл. После применения капель состояние улучшилось, но в середине ноября снова появился зуд и шелушение в ушах, а также гнойные выделения и боль в левом ухе. Я снова пошел к врачу, было воспаление в одном ухе. Также врач отметил умеренную гипермию и отек кожи ушей. Врач назначил уколы антибиотиком «Цефазолин» внутримышечно 2 раза в день 5 дней. Также таблетки Аллервей 7 дней, крем Акридерм 21 день, капли «Нормакс» 3-4 капли 3 раза в день 10 дней. После крема Акридерм я сделал перерыв 14 дней, затем мазал уши мазью «Супироцин Б» 10 дней. Я вылечил на тот момент наружный отит. В феврале 2021 года снова начался зуд в ушах. Врач назначил Тридерм курсом 21 день мазать, две недели перерыв, 21 день мазать. Врач сказал я могу сам мазать Тридермом курсами, когда начинается зуд. Также обязательно не мочить уши. Затем снова появился зуд и я мазал уши Тридермом май, июнь. Затем снова сентябрь, октябрь.
    Тридерм помогает, но через некоторое время опять начинается зуд и небольшое шелушение кожи ушей. Врач говорит что вылечить окончательно можно только используя мазь, и не мочить уши. Уши я мочил последний раз в июле на море. У меня такое ощущение что у меня уже образовалось привыкание к «Тридерму» и он слабо помогает, т.к. явно от него только временный эффект. Также я сделал анализ крови на аллергены в октябре. У меня обнаружили завышенные эозинофилы — 5,3% (норма 1-5 %) Также оказались завышенные суммарные имунноглобулины класса Е в сыворотке (lgE) 115.10 МЕ/мл (норма 0 — 100) Возможно это связано с зудом и шелушением в ушах. В декабре пойду к аллергологу. Сейчас снова начался зуд и небольшое шелушение кожи ушей. Пока ничего не использовал. Чаще чешется правое ухо и по ночам. Хотя и утром и днём и вечером тоже бывает. Помогите пожалуйста разобраться с этим зудом и шелушением. Главный вопрос для меня сейчас можно ли окончательно вылечить наружный отит и как это сделать?

    Читать подробнее

    Менингит

    Основные факты
    • Менингит – это тяжелейшее заболевание с высокой летальностью, приводящее к серьезным долгосрочным осложнениям.
    • Менингит остается одной из серьезнейших проблем здравоохранения в мире.
    • Эпидемии менингита отмечаются по всему миру, особенно в странах Африки к югу от Сахары.
    • Возбудителями менингита могут быть многие микроорганизмы, в том числе бактерии, вирусы, грибки и паразиты.
    • Особое беспокойство вызывает бактериальный менингит. От этого типа менингита умирает приблизительно каждый десятый больной, и у каждого пятого развиваются тяжелые осложнения.
    • Наиболее эффективным способом обеспечения длительной защиты от заболевания являются безопасные и недорогостоящие вакцины.

    В данном информационном бюллетене основное внимание уделено четырем главным возбудителям острого бактериального менингита:

    • neisseria meningitidis (менингококк)
    • streptococcus pneumoniae (пневмококк)
    • haemophilus influenzae (гемофильная палочка)
    • streptococcus agalactiae (стрептококк группы B)

    Во всем мире более половины всех случаев менингита со смертельным исходом вызваны этими бактериями, которые также вызывают ряд других тяжелых заболеваний, таких как сепсис и пневмонию.

    К другим распространенным возбудителям менингита относятся другие бактерии, например mycobacterium tuberculosis, salmonella, listeria, streptococcus и staphylococcus, некоторые вирусы, например энтеровирусы и вирус паротита, некоторые грибки, особенно cryptococcus, а также паразиты, например, амёбы.

    Кто в группе риска?

    Менингит поражает людей всех возрастов, однако наибольшему риску подвержены дети раннего возраста. Новорожденные подвержены наибольшему риску заражения стрептококком группы В, дети раннего возраста – менингококком, пневмококком и haemophilus influenzae. Подростки и молодые взрослые в большей степени подвержены риску заболевания менингококковой инфекцией, тогда как пожилые люди – пневмококковой инфекцией.

    В группе риска заболевания менингитом находятся жители всех регионов мира. Наибольшее бремя болезни отмечается в регионе Африки к югу от Сахары, известном как «африканский менингитный пояс», для которого характерен особенно высокий риск возникновения эпидемий менингококкового, а также пневмококкового менингита.

    Наибольший риск отмечается в условиях пребывания людей в тесном контакте, например в рамках массовых скоплений людей, в лагерях беженцев, в перенаселенных жилых помещениях или в студенческой, военной и другой профессиональной среде. Иммунодефицит, связанный с ВИЧ-инфекцией или дефицитом комплемента, иммуносупрессия, активное или пассивное курение – все это также может повышать риск развития различных типов менингита. 

    Механизмы передачи инфекции

    Механизмы передачи инфекции зависят от типа возбудителя. Большинство бактерий, вызывающих менингит, например менингококк, пневмококк и haemophilus influenzae, присутствуют в слизистой носоглотки человека. Они распространяются воздушно-капельным путем с респираторными выделениями и выделениями из горла. Стрептококк группы В нередко присутствует в слизистой кишечника или влагалища и может передаваться от матери к ребенку при родах.

    Носительство этих организмов обычно безвредно и приводит к формированию иммунитета к инфекции, однако в некоторых случаях может развиваться инвазивная бактериальная инфекция, вызывающая менингит и сепсис.

    Клинические признаки и симптомы

    В зависимости от возбудителя инкубационный период может быть разным и при бактериальном менингите составлять от двух до 10 дней. Поскольку бактериальный менингит часто сопровождается сепсисом, описываемые клинические признаки и симптомы относятся к обеим патологиям.

    Клинические признаки и симптомы:

    • сильные головные боли
    • ригидность мыщц затылка или боль в шее
    • сильное повышение температуры тела
    • светобоязнь
    • спутанность сознания, сонливость, кома
    • судороги
    • сыпь
    • боль в суставах
    • холодные конечности
    • рвота

    У младенцев могут отмечаться следующие симптомы:

    • снижение аппетита
    • сонливость, летаргия, кома 
    • раздражительность, плач при перемещениях
    • затрудненное дыхание, хрип
    • повышенная температура тела
    • ригидность мышц затылка
    • набухший родничок
    • характерный пронзительный высокий крик
    • судороги
    • рвота
    • сыпь
    • бледность или пятна на коже

    Профилактика

    Наиболее эффективным способом снижения бремени болезни и смягчения негативного воздействия менингита на здоровье населения является обеспечение долгосрочной защиты от заболевания посредством вакцинопрофилактики.

    В группе риска менингококкового менингита и менингита, вызванного стрептококком группы В в профилактических целях также используются антибиотики. При борьбе с эпидемиями менингококкового менингита применяются как вакцинация, так и антибиотики.

    1. Вакцинация

    Уже много лет на рынке существуют зарегистрированные вакцины против менингококков, пневмококков и haemophilus influenzae. Известно несколько различных штаммов (также называемых серотипами или серогруппами) этих бактерий, и вакцины направлены на выработку иммунитета к наиболее опасным из них. Со временем с точки зрения охвата различных штаммов и доступности вакцин были достигнуты большие успехи, однако универсальная вакцина против всех этих возбудителей пока не разработана.

    Менингококки

    Выделяют 12 серогрупп менингококков, из которых в большинсте случаев возбудителями менингита являются бактерии серогрупп A, B, C, W, X и Y. 

    Существует три типа вакцин:

    • Полисахарид-белковые конъюгированные вакцины используются для профилактики и реагирования на вспышки заболевания:
      • Такие вакцины позволяют сформировать длительный иммунитет, а также предотвращают носительство инфекции, тем самым снижая распространение инфекции и формируя коллективный иммунитет.
      • Они эффективны для защиты от заболевания детей младше двух лет.
      • Эти вакцины выпускаются в разных формах:
        • моновалентные вакцины (серогруппа А или С)
        • четырехвалентные вакцины (серогруппы A, C, W, Y).
        • комбинированные вакцины (менингококк серогруппы C и haemophilus influenzae типа b)
    • Вакцины на основе белка против менингококков серогруппы B. Эти вакцины защищают от менингита в любом возрасте, но, как представляется, не предотвращают носительство и передачу инфекции и, таким образом, не приводят к формированию популяционного иммунитета.
    • Полисахаридные вакцины безопасны и эффективны для вакцинации детей и взрослых, однако слабо защищают детей грудного возраста. Формируемый иммунитет недолговечен, и популяционный иммунитет не формируется, поскольку вакцинация не предотвращает носительство. Эти вакцины еще используются для борьбы со вспышками, однако идет их замена на конъюгированные вакцины.

    Меры реагирования в области глобального общественного здравоохранения: элиминация эпидемий менингита, вызванного менингококком группы А, в менингитном поясе Африки

    До внедрения конъюгированной вакцины против менингококка группы А в рамках кампаний массовой вакцинации (с 2010 г.) и ее включения в календарь плановых прививок (с 2016 г.) в странах африканского менингитного пояса этот возбудитель вызывал 80-85% всех эпидемий менингита. По состоянию на апрель 2021 г. 24 из 26 стран менингитного пояса провели массовые профилактические кампании среди детей в возрасте 1-29 лет (на всей национальной территории или в районах повышенного риска), и в половине из них эта вакцина была включена в национальные календари плановых прививок. Среди вакцинированного населения заболеваемость менингитом серогруппы А снизилась более чем на 99%, и с 2017 г. не было выявлено ни одного случая заболевания, вызванного менингококком серогруппы А. Во избежание возобновления эпидемий крайне важно продолжать работу по включению этой вакцины в календарь плановой иммунизации и поддерживать высокий уровень охвата прививками.

    Продолжают регистрироваться отдельные случаи и вспышки менингита, вызванного другими серогруппами менингококков, кроме серогруппы В. Внедрение поливалентных менингококковых конъюгированных вакцин является приоритетной задачей в сфере общественного здравоохранения, решение которой позволит добиться элиминации эпидемий бактериального менингита в Африканском менингитном поясе.

    Пневмококк

    Известно более 97 серотипов пневмококков, 23 из которых вызывают большинство случаев заболевания пневмококковым менингитом.

    • Конъюгированные вакцины эффективны с 6-недельного возраста для профилактики менингита и других тяжелых пневмококковых инфекций и рекомендованы для вакцинации младенцев и детей до 5 лет, а в некоторых странах – взрослых старше 65 лет, а также представителей отдельных групп риска. Применяются две конъюгированные вакцины, которые защищают от 10 и 13 серотипов пневмококков. Новые конъюгированные вакцины, предназначенные для защиты от большего числа серотипов пневмококков, в настоящее время находятся на этапе разработки или уже одобрены для вакцинации взрослого населения. Продолжается работа по созданию вакцин на белковой основе.
    • Существует полисахаридная вакцина, разработанная для защиты от 23 серотипов, однако, как и другие полисахаридные вакцины, она считается менее эффективной по сравнению с конъюгированными вакцинами. Она используется, главным образом, для вакцинации против пневмонии среди лиц старше 65 лет, а также представителей определенных групп риска. Она не применяется для вакцинации детей младше 2 лет и менее эффективна для профилактики менингита.   

    Haemophilus influenzae

    Известно 6 серотипов haemophilus influenzae, из которых главным возбудителем менингита является серотип b.  

    • Существуют конъюгированные вакцины, формирующие специфический иммунитет к haemophilus influenzae серотипа b (Hib). Они являются высокоэффективным средством профилактики заболевания, вызванного Hib и рекомендованы для включения в календари плановых прививок новорожденных.

    Стрептококк группы В

    Известо 10 серотипов стрептококков группы B, из которых чаще всего возбудителями менингита являются стрептококки типов 1a, 1b, II, III, IV и V.

    • В настоящее время идет работа по созданию конъюгированных и белковых вакцин для профилактики инфекции стрептококками группы В у матерей и новорожденных. 

    2. Профилактическое применение антибиотиков (химиопрофилактика)

    Менингококки

    Своевременное назначение антибиотиков лицам, находившимся в тесном контакте с больными менингококковой инфекцией, снижает риск передачи инфекции. За пределами африканского менингитного пояса химиопрофилактику рекомендовано назначать членам семьи больных, находившимся с ними в тесном контакте. В странах менингитного пояса назначать химиопрофилактику лицам, имевшим тесные контакты с больными, рекомендуется в случае отсутствия эпидемии. Препаратом выбора является ципрофлоксацин; в качестве альтернативы назначается цефтриаксон.

    Стрептококк группы В

    Во многих странах рекомендуется выявлять матерей, чьи дети находятся в группе риска по стрептококку группы В. Одним из способов выполнения этой задачи является всеобщий скрининг беременных на носительство стрептококка группы В. Для профилактики стрептококковой инфекции группы В у новорожденных матерям из группы риска во время родов назначается пенициллин внутривенно.

    Диагностика

    Первоначальная диагностика менингита выполняется путем клинического осмотра с последующим проведением люмбальной пункции. В некоторых случаях бактерии могут быть видны в спинномозговой жидкости под микроскопом. Диагноз поддерживается или подтверждается культуральным исследованием образцов спинномозговой жидкости или крови, экспресс-тестами или исследованием по методу полимеразной цепной реакции (ПЦР). Для выбора правильных мер по борьбе с инфекцией важно идентифицировать серогруппу возбудителя и провести тестирование на его чувствительность к антибиотикам. Молекулярное типирование и полногеномное секвенирование позволяют выявить больше различий между штаммами и дают ценную информацию для принятия решений относительно необходимых противоэпидемических мероприятий.

    Лечение

    Менингит без адекватного лечения у половины пациентов приводит к летальному исходу, в связи с чем он всегда должен рассматриваться как неотложное состояние. Всем пациентам с менингитом показана госпитализация. Как правило, после 24 часов с начала лечения изолировать больных не рекомендуется.

    При бактериальном менингите лечение соответствующими антибиотиками следует начинать как можно скорее.  В идеальном случае люмбальную пункцию следует выполнять до начала курса антибиотиков, поскольку антибиотики могут затруднить выполнение культурального исследования спинномозговой жидкости. Тем не менее, определить тип возбудителя также можно путем исследования пробы крови пациента, и незамедлительное начало лечения остается приоритетом. Для лечения менингита применяется широкий спектр антибиотиков, включая пенициллин, ампициллин и цефтриаксон. Во время эпидемий менингококкового и пневмококкового менингита препаратом выбора является цефтриаксон.

    Осложнения и последствия заболевания

    У каждого пятого пациента, перенесшего бактериальный менингит, могут наблюдаться долгосрочные последствия заболевания. К ним относятся потеря слуха, судороги, слабость в конечностях, нарушения зрения, речи, нарушения памяти, трудности в общении, а также шрамы и последствия ампутации конечностей в случае сепсиса.

    Поддержка и последующее наблюдение

    Последствия менингита могут иметь колоссальное негативное воздействие на жизнь человека, его семьи и местного сообщества как в финансовом, так и в эмоциональном плане. Иногда такие осложнения, как глухота, трудности в обучении или поведенческие расстройства, не распознаются родителями, опекунами или медицинскими работниками и поэтому остаются без лечения.

    Последствия перенесенного менингита зачастую требуют продолжительного лечения. Перманентное психосоциальное воздействие инвалидности, приобретенной в результате перенесенного менингита, может создавать у больных потребность в медицинской помощи, помощи в сфере обучения, а также социальной и правозащитной поддержи. Несмотря на тяжелое бремя последствий менингита для больных, их семей и местных сообществ, доступ к услугам и поддержке при этих патологических состояниях часто недостаточен, особенно в странах с низким и средним уровнем дохода. Лицам с инвалидностью, вызванной перенесенным менингитом, и их семьям должно быть рекомендовано обращаться за услугами и консультациями в местные и национальные общества инвалидов и другие организации, ориентированные на помощь инвалидам, где им могут быть предоставлены жизненно важные консультации по вопросам их прав, экономических возможностей и социальной жизни, с тем чтобы люди, ставшие инвалидами вследствие перенесенного менингита, могли жить полноценной жизнью.

    Эпидемиологический надзор

    Эпидемиологический надзор — от выявления случаев заболевания до их расследования и лабораторного подтверждения — является важнейшим условием успешной борьбы против менингококкового менингита. Основные цели эпиднадзора:

    • обнаружение и подтверждение вспышек заболевания;
    • мониторинг тенденций заболеваемости, включая распределение и эволюцию серогрупп и серотипов;
    • оценка бремени болезни;
    • мониторинг устойчивости возбудителей к антибиотикам;
    • мониторинг циркуляции, распределения и эволюции отдельных штаммов;
    • оценка эффективности стратегий по контролю менингита, в частности, программ вакцинопрофилактики.

     

    Деятельность ВОЗ

    ВОЗ при поддержке множества партнеров разработала глобальную дорожную карту по достижению целей в области борьбы с менингитом на период до 2030 г.  В 2020 г. эта стратегия была одобрена в первой в истории резолюции Всемирной ассамблеи здравоохранения, посвященной менингиту, и единогласно поддержана государствами-членами ВОЗ.

    В дорожной карте поставлена глобальная задача по освобождению мира от менингита, в рамках которой сформулированы три амбициозные цели:

    • элиминация эпидемий бактериального менингита;
    • сокращение числа случаев вакциноуправляемого бактериального менингита на 50% и смертности от него на 70%;
    • снижение числа случаев вызванной менингитом инвалидности и повышение качества жизни людей, перенесших менингит любого типа.

    В дорожной карте изложен общий план достижения этих целей посредством согласованных действий по пяти взаимосвязанным направлениям:

    • предупреждение и ликвидация эпидемий с упором на разработку новых недорогостоящих вакцин, достижение высокого охвата иммунизацией, совершенствование стратегий профилактики и реагирования на эпидемии;
    • диагностика и лечение с акцентом на быстрое подтверждение диагноза и оптимальное оказание медицинской помощи;
    • эпиднадзор за заболеваниями для информационного обеспечения решений в области профилактики и борьбы с менингитом;
    • оказание помощи и поддержки лицам, перенесшим менингит, с упором на раннее выявление и расширение доступа к помощи и поддержке при осложнениях менингита;
    • информационно-разъяснительная работа и взаимодействие с населением для повышения осведомленности о менингите, привлечения стран к борьбе с заболеванием и обеспечения реализации права людей на профилактику, лечение и последующий уход.

    В рамках другой сопутствующей инициативы ВОЗ в консультации с государствами-членами работает над межсекторальным глобальным планом действий по эпилепсии и другим неврологическим расстройствам для решения многочисленных проблем и устранения пробелов в области ухода и обслуживания людей с эпилепсией и другими неврологическими расстройствами во всем мире. Вопросы защиты права людей с инвалидностью также признаются и рассматриваются в Глобальном плане действий ВОЗ по инвалидности, подготовленном в соответствии с положениями Конвенции о правах ребенка и Конвенции о правах инвалидов (КПИ), а также в эпохальной резолюции о достижении наивысшего уровня здоровья для людей с инвалидностью, принятой на 74-й сессии Всемирной ассамблеи здравоохранения.

    Несмотря на то, что дорожная карта по борьбе с менингитом посвящена всем типам этого заболевания, в первую очередь она касается вопросов борьбы с основными возбудителями острого бактериального менингита (менингококк, пневмококк, haemophilus influenzae и стрептококк группы B). В 2019 г. эти бактерии были причиной более половины из 250 000 случаев смерти от всех форм менингита. Они также являются возбудителями других тяжелых заболеваний, таких как сепсис и пневмония. Против каждого из этих возбудителей инфекций вакцины либо уже существуют, либо, как в случае со стрептококком группы В, ожидаются в ближайшие годы.

    Источники:

    Defeating meningitis 2030: baseline situation analysis

    Достижение целей в области борьбы с менингитом на период до 2030 г. Глобальная дорожная карта

    Конфедерация организаций по борьбе с менингитом (comomeningitis.org)

    Веб-консультации по первому проекту межсекторального глобального плана действий по эпилепсии и другим неврологическим расстройствам

    Микробиологическое (культуральное) исследование отделяемого из носа на золотистый стафилококк — Исследования клинического материала на флору

    Стафилококки – это грамположительные факультативно-анаэробные кокки, широко распространены во внешней среде. Они являются сапрофитами кожи и слизистых оболочек человека и животных.

    Стафилококк золотистый (Staphylococcus aureus) — наиболее патогенный вид стафилококков, возбудитель гнойно-воспалительных поражений у человека. Передается от человека к человеку при контакте, через воздух, воду и пищу. При некоторых заболеваниях (гнойничковые болезни кожи, ангины и др.) инфекция может быть эндогенной.

    Стафилококки играют огромную роль в патологии. Они вызывают самые разнообразные гнойные заболевания: гнойничковые поражения кожи и подкожной клетчатки, ангины, отиты, пневмонии, уретриты, холециститы, энтероколиты, сепсис и др. Особенно велика их роль в акушерско-гинекологической практике и хирургии.

    Стафилококки являются наиболее частой причиной гнойно-воспалительных заболеваний у новорожденных вплоть до генерализованной инфекции — сепсиса, маститов у рожениц, гнойных осложнений после операций у хирургических больных. Стафилококковые заболевания протекают тяжело, с высокой летальностью, особенно у детей раннего возраста и ослабленных больных.

    Золотистый стафилококк может вызывать пищевые токсикоинфекции при употреблении пищевых продуктов обсемененных им и его токсином: кондитерские изделия без термообработки (содержащие яйца и молочные продукты), салаты и мороженное. Дети могут инфицироваться от взрослых стафолококконосителей.

    Основным резервуаром золотистых стафилококков у здоровых людей является полость носа. Однако золотистые стафилококки также могут обитать в зеве, в области промежности, в подмышечных областях, на волосистой части кожи головы и в желудочно-кишечном тракте, вызывая состояние бессимптомного бактерионосительства. Хроническое носительство типично для персонала медицинских учреждений, больных атопическими дерматитами, наркоманов.

    При при культуральном исследовании мазков из носа и зева носительством считается количество бактерий до 103.

    В эпидемиологических целях исследование на носительство золотистого стафилококка проводят во время ежегодных профилактических осмотров и при предварительных осмотрах для приема на работу в сферы обслуживания населения: медицина, образование, питание и торговля. В данном случае посев выполняется из 2 локусов: носа и зева.

    Стафилококковая колонизация кожи и антимикробные пептиды

    Expert Rev Dermatol. Авторская рукопись; Доступно в PMC 2011 Feb 1.

    Опубликовано в окончательно отредактированная форма AS:

    PMCID: PMC2867359

    NIHMSID: NIHMMS199939

    Michames199939

    Michael Otto

    Национальный институт аллергии и инфекционные заболевания, NIH, 9000 Rockville Pike, здание 33 1W10, Bethesda, MD 20892, США, тел.: +1 301 443 5209, факс: +1 301 480 3633

    Майкл Отто, Национальный институт аллергии и инфекционных заболеваний, Национальный институт здравоохранения, 9000 Rockville Pike, Building 33 1W10, Bethesda, MD 20892, США, тел.: +1 301 443 5209, факс: +1 301 480 3633;

    См. другие статьи в PMC, в которых цитируется опубликованная статья.

    Abstract

    Стафилококки являются наиболее распространенными бактериями, колонизирующими кожу, и наиболее важными причинами внутрибольничных инфекций и внебольничных кожных инфекций. Молекулярные детерминанты стафилококковой колонизации кожи включают поверхностные полимеры и белки, которые способствуют адгезии и агрегации, а также широкий спектр механизмов уклонения от приобретенной и врожденной защиты хозяина.Антимикробные пептиды (АМП), вероятно, играют центральную роль в обеспечении иммунитета к бактериальной колонизации эпителия человека. Недавние исследования показали, что стафилококки обладают широким арсеналом для борьбы с активностью AMP и могут регулировать экспрессию механизмов устойчивости к AMP в зависимости от присутствия AMP. Хотя прямые доказательства in vivo все еще отсутствуют, это говорит о том, что взаимодействие между AMP и механизмами устойчивости к AMP во время эволюции сыграло решающую роль в превращении стафилококков в эффективных колонизаторов кожи человека.

    Ключевые слова: антимикробные пептиды, колонизация, врожденная защита хоста, стафилококк Aureus , стафилококк эпидермидис

    распределение и частота стафилококкового колонизации на кожу человека

    члены рода Staphylococcus являются обычными колонизаторами кожа у млекопитающих и птиц [1]. По способности коагулировать кровь различают две основные группы: коагулазоположительные стафилококки, из которых наиболее важными видами являются Staphylococcus aureus , и коагулазонегативные стафилококки, которые составляют большинство видов, включая Staphylococcus epidermidis .Люди колонизированы многими различными видами стафилококков. Некоторые, такие как S. epidermidis или Staphylococcus hominis , обнаруживаются практически на всех частях тела. Некоторые другие имеют более отчетливые предпочтения в отношении определенных частей человеческого тела, например, Staphylococcus auricularis , который встречается в основном в ушном канале [2]. В целом наибольшая плотность стафилококков обнаруживается в потовых железах и на слизистых оболочках, окружающих отверстия тела.

    Большинство сообщений о стафилококковой колонизации содержат S.aureus в качестве субъекта из-за его выдающейся роли в инфицировании человека. Нос является наиболее важным местом колонизации S. aureus [3], но S. aureus также обнаруживают в глотке, промежности, подмышечных впадинах и на коже (преимущественно на руках, груди и животе) [4]. –6]. Стойкая колонизация S. aureus наблюдается примерно у 20% населения, при этом 30% являются транзиторными носителями S. aureus и примерно 50% не являются носителями [7,8].У стойких носителей S. aureus , у которых в носу S. aureus , частота колонизации других участков тела повышена по сравнению с общей популяцией [9]. Частота персистентного носительства у детей выше, чем у взрослых [4]. Интересно, что с течением времени наблюдается снижение показателей стойкого носительства, что, вероятно, связано с улучшением личной гигиены [9].

    S. epidermidis — вид стафилококка, наиболее часто выделяемый из кожи человека [10].Он преимущественно колонизирует нос, подмышечные впадины и голову [10]. Другие частые колонизаторы кожи человека включают S. hominis и Staphylococcus capitis , последний встречается в основном на голове и чаще в период полового созревания [11]. Менее частые колонизаторы кожи человека включают Staphylococcus haemolyticus и Staphylococcus warneri . Кроме того, люди могут быть временно колонизированы видами, которые обычно живут на домашних или сельскохозяйственных животных, таких как Staphylococcus sciuri или Staphylococcus intermedius [12–14].

    Колонизация и заболевание

    В то время как почти все виды стафилококков были зарегистрированы как причины оппортунистических инфекций [15], некоторые виды выделяются как более частые и серьезные патогены. В частности, S. aureus является опасным патогеном для человека, который может вызывать тяжелые и опасные для жизни заболевания, такие как тяжелый сепсис, пневмония, синдром токсического шока и эндокардит [16]. Другие виды стафилококков, как правило, вызывают подострые и хронические, а не молниеносные инфекции [15], при этом Staphylococcus lugdunensis несколько более агрессивны, чем другие коагулазонегативные стафилококки [17,18]. Кроме того, S. aureus и S. epidermidis являются наиболее частыми возбудителями внутрибольничных инфекций на стационарных устройствах [18–20]. Некоторые другие коагулазонегативные стафилококки, такие как S. haemolyticus , Staphylococcus simulans и S. warneri, , также могут вызывать инфекции, связанные с устройствами, и другие, обычно подострые, инфекции, но часто не различаются в клинической микробиологии. лаборатории [15]. Наконец, Staphylococcus saprophyticus является второй по значимости причиной инфекций мочевыводящих путей [21].

    Резистентность к антибиотикам часто встречается у многих стафилококков и значительно усложняет и увеличивает стоимость лечения [22,23]. Штаммы S. aureus , устойчивые к антибиотику метициллину (метициллин-резистентный S. aureus [MRSA]), в настоящее время широко распространены в больницах [24], а в последнее время также распространяются в виде пандемии в обществе (сообщество -ассоциированный MRSA [CA-MRSA]) [25]. Примечательно, что, по оценкам, MRSA ежегодно вызывает больше смертей в США, чем ВИЧ/СПИД [26].Резистентность к метициллину также часто встречается у S. epidermidis [27] и, возможно, первоначально была передана S. aureus от этого вида [28]. Это указывает на то, что коагулазонегативные стафилококки имеют косвенное значение для патогенеза S. aureus как резервуар генов резистентности, которые усиливают их собственный патогенный потенциал.

    Молекулярные факторы, определяющие патогенез стафилококков, широко исследованы. Детерминанты агрессивной вирулентности, такие как токсины, в основном обнаруживаются у S.aureus [29], в то время как у других видов в основном отсутствует продукция токсинов в связи с их гораздо более ограниченной агрессивностью. Читатель отсылается к другим обзорам, посвященным молекулярным основам вирулентности стафилококков [15,30,31]. Интересно, что у S. epidermidis как наиболее интенсивно изучаемого вида, кроме S. aureus , по большей части факторы, участвующие в патогенезе, по-видимому, выполняют исходные функции в неинфекционном образе жизни этой бактерии.Это указывает на то, что эти менее агрессивные виды не эволюционировали, чтобы стать патогенными, но инфекцию следует рассматривать как «случайность», а не как программу [31].

    Случайный характер заражения такими видами, как S. epidermidis , предполагает, что частота инфекций в значительной степени определяется обилием этих видов на теле человека, откуда, как считается, происходит инфекция. Наиболее важными источниками заражения S. epidermidis и многими другими стафилококками, вероятно, являются кожа и слизистые оболочки пациентов или медицинского персонала [31].В случае S. aureus заражение через нос, вероятно, играет наиболее важную роль [32]. В то время как в случае внебольничных кожных инфекций возможна прямая инфекция из существующего абсцесса на коже другого человека, колонизация обычно рассматривается как необходимое условие для большинства стафилококковых инфекций. Соответственно, у носителей S. aureus частота инфицирования выше, чем у неносителей [33,34], и пациенты обычно инфицированы теми же штаммами, которыми они колонизированы [32].Это подчеркивает огромную важность изучения колонизации для понимания источников стафилококковой инфекции.

    Молекулярные факторы, участвующие в колонизации

    Считается, что в колонизации играют роль как бактериальные факторы, так и факторы хозяина. Факторы хозяина, включая системы защиты хозяина, будут подробно рассмотрены позже. Среди бактериальных детерминант можно выделить те, которые способствуют адгезии к поверхности хозяина, и те, которые участвуют в физиологической и метаболической адаптации к окружающей среде хозяина, что также включает уклонение от иммунной защиты хозяина.

    Адгезия к ткани хозяина достигается за счет большого семейства стафилококковых поверхностных белков, которые с различной степенью специфичности связываются с белками матрикса хозяина, такими как фибронектин, фибриноген, витронектин, ламинин и фактор Виллебранда. Члены этого семейства называются компонентами микробной поверхности, распознающими молекулы адгезивной матрицы (MSCRAMM) [35,36]. Как правило, они состоят из расширенной части, которая охватывает клеточную стенку стафилококка, и открытой части, которая взаимодействует с белком-хозяином.MSCRAMM могут быть ковалентно или нековалентно связаны с клеточной стенкой стафилококка. Ковалентная связь катализируется семейством ферментов сортаз, которые распознают консервативный мотив вблизи С-конца поверхностного белка и связывают его с пептидным мостиком пептидогликана [37,38]. Среди стафилококковых MSCRAMM существует значительная функциональная избыточность, которая, скорее всего, обеспечивает надежное и успешное выполнение этого критического этапа колонизации тканей.

    Более крупные бактериальные скопления могут развиваться с использованием компонентов внеклеточного матрикса, которые связывают стафилококковые клетки вместе в структуру, подобную биопленке.К ним относятся полимеры на основе сахаров, такие как тейхоевые кислоты и экзополисахарид поли- N -ацетилглюкозамин (ПНАГ) (или полисахарид межклеточного адгезина), а также секретируемые белки [39]. Считается, что для полимеров на основе сахара электростатическое взаимодействие играет важную роль в межклеточной агрегации. Тейхоевые кислоты и другие поверхностные полимеры имеют отрицательный заряд [40], в то время как PNAG является катионным полимером [41], в котором положительные заряды вводятся с помощью специальной расположенной на поверхности N -ацетилглюкозаминдеацетилазы [42].Эта реакция и результирующий положительный суммарный заряд молекулы PNAG имеют решающее значение для агрегации, которая, вероятно, происходит при взаимодействии с анионными полимерами. Белки, участвующие в агрегации, включают связанный с накоплением белок Aap S. epidermidis [43], который нуждается в ионах цинка [44] и протеолитическом процессинге [45] для агрегационной активности. Сообщалось, что Aap образует большие фибриллы на поверхности бактерий [46]. Кроме того, недавние исследования показали дополнительные функции в межклеточной адгезии для нескольких MSCRAMM S.aureus , такие как белок А [47,48] или фибриноген-связывающие белки [49]. Хотя можно предположить, что факторы агрегации в целом были бы выгодны для колонизации, есть и свидетельства обратного. А именно, было показано, что отсутствие генов ica , кодирующих биосинтез PNAG, способствует персистенции S. epidermidis на руках человека при совместном применении с соответствующими изогенными штаммами дикого типа, несущими эти гены [50]. Это указывает на то, что результаты исследований биопленок и анализов агрегации in vitro в целом не могут предсказывать колонизацию кожи.

    Колонизация кожи требует устойчивости к воздействиям окружающей среды, которые изменяются гораздо более резко, чем в более защищенных частях человеческого тела. Потоотделение и высыхание кожи означают значительные изменения осмолярности, концентрации солей и значения pH в дополнение к механическому стрессу. Среди негалофильных бактерий исключительно высокой способностью противостоять этим воздействиям, особенно высоким концентрациям солей, отличаются стафилококки. Например, S. aureus, , может выжить до 3 лет.5 М NaCl [7]. Устойчивость к изменению осмолярности опосредована накоплением осмопротекторов, таких как холин или глицин-бетаин, в бактериальных клетках, для которых стафилококки имеют ряд систем транспорта осмопротекторов и систем ферментативной конверсии [51,52]. Повышенная частота S. epidermidis и некоторых других коагулазонегативных стафилококков в качестве колонизаторов на неповрежденной коже человека по сравнению с S. aureus может быть связана с повышенным присутствием или экспрессией таких защитных систем.В качестве альтернативы может играть роль прямое бактериальное вмешательство между этими видами, как обсуждается ниже.

    Бактериальная интерференция

    Прежде чем перейти к взаимодействию стафилококков с человеком-хозяином, следует обсудить, определяет ли бактериальная интерференция — либо между штаммами стафилококков, либо между стафилококками и другими бактериями — колонизацию независимо от вклада хозяина.

    Бактериоцины, секретируемые бактериальные продукты, убивающие другие микроорганизмы, часто предлагались для повышения выживаемости штаммов-продуцентов конкурентным образом [53,54].Многие стафилококки продуцируют пептидные бактериоцины [54]. Часто они принадлежат к классу лантибиотиков, для которых характерны лантиониновые мостики, делающие пептид чрезвычайно устойчивым к протеолитической деградации [55]. Некоторые штаммы S. epidermidis продуцируют лантибиотики, такие как эпидермин, эпиланцины K7 и 15X и Pep5, обладающие высокой бактерицидной активностью в отношении многих грамположительных бактерий [56–60]. Другие лантибиотики описаны у S. warneri [61,62], Staphylococcus gallinarum [63] и S.aureus [64]. Обычно гены, кодирующие бактериоцины, связаны с генами, обеспечивающими защиту продуцента, что дает, по крайней мере, гипотетическое преимущество перед другими бактериями, чувствительными к этому веществу [65]. Иммунитет продуцентов к лантибиотикам может быть реализован, например, с помощью высокоспецифичных систем экспорта [66–68].

    Однако нет прямых доказательств того, что бактериоцины в стафилококках вносят значительный вклад в соревновательную пригодность. Кроме того, тот факт, что продукция бактериоцина ограничена небольшой подгруппой стафилококковых штаммов, убедительно свидетельствует против общей роли в бактериальном вмешательстве, поскольку эти штаммы, по-видимому, не получили более широкого распространения.Интересно, что из многочисленных доступных последовательностей генома S. aureus мы знаем, что многие штаммы S. aureus имеют гены, кодирующие полный кластер биосинтетических генов, необходимый для производства эпидерминоподобного лантибиотика [51, 69, 70]. Примечательно, что сюда входит клональный комплекс 8 с пандемическим штаммом CA-MRSA USA300. Однако продукция лантибиотиков ни у одного из этих штаммов никогда не описывалась. Таким образом, биологическая роль этих генов неизвестна.

    Растворимые в феноле модулины (PSM) и аналогичные пептиды представляют собой короткие амфипатические и α-спиральные пептиды, которые кодируются геномом и продуцируются большинством S. aureus , S. epidermidis и, вероятно, многие другие штаммы стафилококков [71–73]. Некоторые S. aureus PSM обладают сильной цитолитической способностью в отношении нейтрофилов человека и других типов клеток [73]. Сообщалось, что некоторые PSM и PSM-подобные пептиды, такие как хорошо охарактеризованный δ-токсин из S. aureus или PSM-подобный ингибитор роста гонококков из S. haemolyticus , проявляют бактерицидную активность [74–77]. . Однако активность в основном ограничивалась очень специфическими бактериями-мишенями или проявлялась только в синтетических производных.В целом бактерицидная активность среди ПСМ встречается редко. Кроме того, у PSM отсутствует катионный характер, типичный для антимикробных пептидов (AMP). Это обычно запрещает активность против бактерий, предполагая, что PSM эволюционировали, чтобы повреждать эукариотические, а не прокариотические клетки [78].

    Чувство кворума — это процесс регуляции генов, который приводит к изменениям экспрессии генов в ответ на плотность бактериальных клеток [79]. Для этого требуется секреция и восприятие сигнала [80], который у стафилококков представляет собой посттрансляционно модифицированный пептид [81–83].Чувство кворума встречается почти у всех бактерий, но система кворум-чувства регулятора вспомогательного гена стафилококка ( agr ) совершенно уникальна, поскольку существуют разные подгруппы, чьи сигналы могут быть перекрестно ингибирующими [84,85]. Хотя часто предполагается, что он играет роль в бактериальном вмешательстве, нет экспериментальных данных, позволяющих предположить, что перекрестное ингибирование agr влияет на конкурентную колонизацию in vivo [86].

    Взаимодействие с защитными механизмами хозяина во время колонизации

    Иммунная система человека состоит из двух основных частей.Приобретенная или адаптивная иммунная система является антиген- и, следовательно, патоген-специфичной и требует презентации антигена. Он обеспечивает иммунологическую память и сильный иммунный ответ, но реагирует медленно после инвазии патогенов. Основной частью адаптивного иммунного ответа являются антитела (или иммуноглобулины), которые вырабатываются В-клетками и помечают патоген для уничтожения. Основным подтипом иммуноглобулинов, секретируемых на слизистых оболочках, является IgA.

    В связи с тем, что организм человека находится в постоянном контакте со стафилококками, роль адаптивного иммунитета в контроле стафилококковой колонизации и инфекции сложна и мало изучена.Известно, что у человека есть циркулирующие антитела против многих стафилококковых белков [87], но общего защитного иммунитета от стафилококковой инфекции не существует. Однако есть данные, позволяющие предположить, что адаптивная иммунная система влияет на стафилококковую инфекцию и колонизацию. Во-первых, репертуар антител [88,89] и исход бактериальной инфекции у носителей S. aureus отличаются от таковых у неносителей [33,34]. В то время как риск заражения у неносителей S. aureus ниже [34], у носителей ниже риск серьезных осложнений, таких как смерть от бактериемии [90]. Это свидетельствует о вовлечении приобретенного иммунитета. Во-вторых, S. aureus имеет несколько механизмов уклонения от приобретенной иммунной защиты человека. Например, SSL7, который входит в состав стафилококковых суперантигеноподобных белков и взаимодействует с молекулами IgA [91], может играть ключевую роль в уклонении S. aureus от защиты на основе антител на поверхности кожи и слизистых оболочек. Белок А, который хорошо известен из лабораторных исследований благодаря своей способности неспецифически связывать IgG, образует камуфляжную оболочку, состоящую из неспецифических антител, на S.aureus , что предотвращает связывание специфических антител [92].

    Эволюционно более старая врожденная иммунная система быстро реагирует, распознавая инвариантные части вторгшихся микроорганизмов, что вызывает элиминацию профессиональными фагоцитами, такими как нейтрофилы и макрофаги. Среди них нейтрофилы первыми попадают в очаг инфекции и играют наиболее важную роль в устранении внедрившихся бактерий. После приема внутрь (фагоцитоз) бактерии погибают в фагосомах нейтрофилов активными формами кислорода, АМП и белками [93].Однако на коже нет фагоцитов, где врожденная иммунная система в основном состоит из секретируемых АМП. Уклонение от активности AMP будет подробно описано ниже. Для более полного описания механизмов уклонения от иммунитета стафилококков читатель может обратиться к другим обзорным статьям [94,95].

    АМП на коже человека

    Антимикробные пептиды являются частью врожденной иммунной системы многих организмов почти всех типов и возникли на ранних этапах эволюции [96–98].У низших организмов они могут составлять единственную или основную часть защиты хозяина. Многие АМП обладают активностью против широкого спектра патогенов, включая бактерии, грибки и вирусы. АМП часто предлагались в качестве потенциальных новых противомикробных соединений [99, 100].

    Антимикробные пептиды синтезируются в виде проформ, которые необходимо преобразовать в активные зрелые пептиды. Большинство АМП имеют катионный характер и выраженную амфипатию как общие структурные мотивы. Хотя механизм действия многих АМП до конца не ясен, считается, что эти мотивы способствуют связыванию с обычно анионной бактериальной поверхностью и интеграции в цитоплазматическую мембрану, где, как считается, многие АМП образуют каналы или поры.

    У человека роль AMP как ключевой части врожденной защиты хозяина была признана лишь недавно. АМП продуцируются многими типами клеток иммунной системы человека, включая нейтрофилы, где они секретируются в фагосомы для уничтожения проглоченных микроорганизмов [93], тучных клеток [101] и Т-клеток [102]. На коже кератиноциты являются основным источником АМП, но АМП также продуцируются другими типами клеток, такими как клетки волосяных луковиц и себоциты [103,104]. В дополнение к их микробицидной активности более поздние исследования показали, что АМП могут также выполнять сигнальную функцию, поскольку они активируют компоненты приобретенной иммунной системы человека, такие как Т- и дендритные клетки [105-107]. показаны наиболее важные АМП человека. Он также включает противомикробные белки и ферменты, которые могут быть сгруппированы с АМП в более широком смысле, хотя они не являются пептидами в строгом смысле (т. е. меньшими, чем примерно 50 аминокислот). Почти все эти АМП продуцируются кератиноцитами, а многие — себоцитами, за исключением дермцидина (DCD), который в основном секретируется эккринными потовыми железами [108].

    Таблица 1

    Антимикробные пептиды и белки человека на коже.

    32

    AMP
    Размер Размер Производство Производство в Общая активность против бактерий Стафилококки, для которой активность было продемонстрировано
    Defensins
    47 AA; 5. 0 кДа Кератиноциты, себоциты Грамотрицательные, (граммположительные) Нет активности при физиологической концентрации солей
    hBD-2 41 а.о.; 4,3 кДа Кератиноциты, себоциты Грамотрицательные, (грамположительные) Нет активности при физиологической концентрации солей
    hBD-3 45 а.о.; 5,2 кДа Кератиноциты Грамотрицательные, грамположительные S. aureus, S. epidermidis
    hBD-4 50 а.о.; 6.0 KDA Кератиноциты Грамотригат грамм отрицательный, грамположительный S. aureus
    Cattelicidins
    LL-37 37 AA; 4,5 KDA Кератиноциты, секоциты грамм-отрицательный, грамположительный S. aureus, S. Epidermidis
    Другие
    Dermcidin (DCD-1) 47 AA; 4.7 кДа Эккринные потовые железы Грамотрицательные, грамположительные S. aureus, S. epidermidis
    Адреномедуллин 5 6 кДа Кератиноциты, себоциты, волосяные фолликулы, потовые железы Грамотрицательные, грамположительные S. aureus, S. epidermidis
    Ela fin (SK 5) 6,0 кДа Кератиноциты Грамотрицательные, грамположительные S.aureus
    Белки и более крупные пептиды
    Лизоцим 130 а.о.; 14,7 KDA Кератиноциты, секоциты, лампа для волос грамм-отрицательный, грамположительный Некоторые виды ( S. aureus и S. Epidermidis устойчивы)
    антилекопротеаз (ALP, SLPI) 107 аа; 14 кДа Кератиноциты Грамотрицательные, грамположительные S. aureus, S. epidermidis
    Псориазин 101 а.о.; 11,5 кДа Кератиноциты, себоциты Грамотрицательные (грамположительные) S. aureus
    РНКаза7 1 14,5 кДа Кератиноциты Грамотрицательные, грамположительные S. aureus

    Большинство AMPs sensu strictu Дефензины представляют собой амфипатические пептиды, обнаруженные у многих позвоночных [109]. Они имеют β-листовую структуру и подразделяются на подкатегории в зависимости от количества и расположения дисульфидных мостиков. Человеческие β-дефенсины 1–4 продуцируются кератиноцитами человека и хорошо изучены [109, 110]. Компьютерные геномные исследования предсказывают многие другие потенциальные гены дефенсинов на основе консервативных остатков цистеина. Экспрессия и роль этих пептидов неизвестны. Человеческий β-дефензин 1 ( hBD1 ) конститутивно экспрессируется, тогда как hBD2 и hBD3 индуцируются бактериальной инфекцией или цитокинами [111].hBD2-4 также может подавляться ретиноевой кислотой [111]. Активность β-дефензинов человека сильно зависит от концентрации солей. В физиологических условиях только hBD3 обладает активностью против стафилококков [112] и поэтому использовался во многих исследованиях, изучающих механизмы резистентности к АМФ у этих бактерий (см. ниже). В дополнение к антимикробной активности дефенсины вызывают продукцию цитокинов, таких как IL-8, и обладают хемотаксической активностью [113].

    Кателицидины представляют собой семейство АМП, названных в честь сходства с формами-предшественниками белка кателина [114].N-концевой домен кателина удерживает предшественник AMP в неактивном состоянии до тех пор, пока в результате протеолитического расщепления не высвобождается активный C-концевой пептид, структура которого может различаться. Однако большинство зрелых кателицидинов являются α-спиральными, амфипатическими и катионными. Это также верно для единственного кателицидина, обнаруженного у человека, пептида LL-37 [115]. LL-37 протеолитически отщепляется от своего предшественника, который называется hCAP18 (антимикробный белок человека 18 кДа) [116, 117]. LL-37 — это всего лишь одна обработанная форма hCAP18. Другие формы, такие как RK-31 и KS-30 (названные по первым двум аминокислотам и общей длине), могут быть получены путем альтернативного расщепления, особенно на коже [118].KS-30 и RK-31 обладают повышенной антимикробной активностью, а также отличаются от LL-37 способностью вызывать высвобождение цитокинов. Подобно дефенсинам, LL-37 может индуцировать хемотаксис и высвобождение цитокинов [113]. Интересно, что 1,25-дегидроксивитамин D3 является мощным индуктором транскрипции гена кателицидина, что придает витамину D важную роль в кожных инфекциях [119].

    Дермцидин конститутивно экспрессируется экзокринными потовыми железами, а его переработанные формы обладают активностью против многих бактерий, включая стафилококки [108,120].В то время как обработанные формы DCD-1L и DCD-1 заряжены отрицательно [108], катионная форма (SSl-25), подвергшаяся последующей обработке, также обладает противомикробной активностью, что позволяет предположить, что заряд не имеет значения для механизма действия Пептиды, полученные из DCD [121].

    Адреномедуллин представляет собой пептид из 52 аминокислот с множеством функций, включая регуляцию гормонов, нейротрансмиссию и расширение сосудов [122]. Он обладает высокой антимикробной активностью в отношении многих бактерий, в частности Propionibacterium acnes [123]. Однако его эффективность в отношении S. aureus и S. epidermidis лишь умеренная [124].

    Лизоцим представляет собой фермент, расщепляющий β-1,4 гликозидную связь в бактериальном пептидогликане между остатками N -ацетилглюкозамина и N -ацетилмурамовой кислоты [125]. Он содержится во многих жидкостях организма, таких как выделения слизистых оболочек и слезы. Лизоцим, по-видимому, вырабатывается в клетках кожи, но только в цитоплазме, поэтому его роль в кожной защите неясна.Лизоцим активен в отношении грамположительных и грамотрицательных микроорганизмов [126]. Однако несколько видов стафилококков, в том числе S. aureus и S. epidermidis , имеют фермент, который O -ацетилирует пептидогликан, который придает устойчивость к лизоциму [127, 128].

    Кожная антилейкопротеиназа экспрессируется кератиноцитами и ингибирует эластазу нейтрофилов, тем самым контролируя воспаление. Он также ингибирует рост бактерий, в том числе S. aureus , но не обладает бактерицидным действием [129, 130].

    Псориазин (S100A7) представляет собой АМП с молекулярной массой 11 кДа, активность которого зависит от ионов цинка [131]. Он активен в отношении и индуцируется контактом с E. coli , но не обладает активностью в отношении стафилококков. Напротив, кальпротектин, другой член семейства S100 AMP, хотя и не экспрессируется в клетках кожи, продуцируется нейтрофилами и контролирует пролиферацию S. aureus в гнойных абсцессах [132].

    Наконец, катионная РНКаза 7 вырабатывается многими типами тканей, включая кератиноциты, и обладает высокой активностью против широкого спектра бактерий, включая S.aureus [133].

    Роль АМП в инфекционных заболеваниях и доказательства роли АМП в контроле бактериальной колонизации

    Прямых доказательств вклада АМП человека в контроль бактериальной колонизации или инфекции кожи мало. Концентрации АМП, необходимые для получения активности in vitro , часто намного выше, чем, по оценкам, они действительно присутствуют на коже. Возможно, локальные концентрации в эпителиальном микроокружении могут быть выше, чем предполагают уровни экспрессии, и достаточны для уничтожения микроорганизмов in vivo .Кроме того, условия, используемые в анализах минимальной ингибирующей концентрации или уничтожения in vitro , не стандартизированы, могут значительно различаться и, скорее всего, неадекватно отражают физиологические условия на коже. Во многих случаях, например, для β-дефензинов человека, имитация физиологических условий в отношении концентрации соли, по-видимому, ухудшает, а не увеличивает активность АМФ [110, 112]. С другой стороны, рост в среде с низким содержанием питательных веществ с компонентами сыворотки и карбонатом, который, вероятно, больше напоминает состояние кожи, по-видимому, повышает восприимчивость бактерий к АМП [134].Это указывает на то, что физиологические компоненты, которые могут повышать активность AMP in vivo , могут отсутствовать в большинстве используемых анализов in vitro . Таким образом, в то время как физиологические условия, присутствующие в микроокружении на коже человека, можно только предположить и с трудом воспроизвести in vitro , in vitro анализы, использованные до сих пор, возможно, привели к недооценке активности AMP in vivo .

    Некоторые, хотя и косвенные, доказательства ключевой роли AMP в контроле бактериальной колонизации и инфекции кожи получены из дифференциальной экспрессии AMP при определенных заболеваниях, таких как атопический дерматит, псориаз и вульгарные угри [135].Атопический дерматит — хроническое воспалительное заболевание кожи, связанное с рецидивирующими инфекциями. Поражения и непораженная кожа у пациентов с атопическим дерматитом колонизированы S. aureus в значительно большей степени по сравнению со здоровыми людьми [136,137], в то время как экспрессия индуцибельных AMP (LL-37, hBD-2 и hBD-3) и DCD -производные пептидов значительно ниже у больных атопическим дерматитом [138-140]. Кроме того, при воспалительном кожном заболевании псориазе многие АМП сверхэкспрессируются, что не только способствует очистке многих АМП [141], но также может объяснить более низкий риск бактериальной инфекции, наблюдаемый в псориатической коже [135].Наконец, наиболее важный бактериальный возбудитель вульгарных угрей, Propionibacterium acnes , вызывает сверхэкспрессию некоторых AMP, таких как hBD-1 и hBD-2 [142, 143]. В совокупности эти наблюдения позволяют предположить, что дифференциальная экспрессия определенных АМП может быть вызвана бактериальными патогенами и влиять на бактериальную колонизацию и инфекцию.

    Кроме того, доказательства важности AMP in vivo были получены с использованием мышей с нокаутом. Этот подход сложен и работает только для некоторых избранных AMP, поскольку производство и гены AMP сильно различаются у мышей и мужчин.Однако гены CAMP и Cnlp , кодирующие человеческие и мышиные версии кателицидинов LL-37 и CRAMP, соответственно, очень похожи [144, 145]. В важном исследовании было показано, что мыши с делецией генов Cnlp имеют повышенную восприимчивость к инфекции стрептококками группы А, что представляет собой первое свидетельство нокаутных мышей, указывающее на ключевую роль AMP в бактериальной инфекции [146].

    Более того, АМП hBD-2 и hBD-3, вероятно, играют ключевую роль при выборе штаммов-носителей по сравнению со штаммами-неносителями во время назальной колонизации.Было высказано предположение, что штаммы-носители S. aureus достигают конкурентного преимущества по сравнению с красителями, не являющимися носителями, за счет задержки врожденного ответа хозяина и подавления экспрессии этих дефенсинов в клетках носового эпителия [147].

    Наконец, тот факт, что бактерии выработали специфические механизмы устойчивости к АМП [148], которые будут представлены в следующем абзаце, ясно подчеркивает важность АМП в борьбе с бактериальными колонизаторами. Таким образом, хотя прямых доказательств было трудно достичь, в настоящее время принято считать, что АМП составляют ключевую часть врожденной защиты хозяина на коже человека.

    Механизмы устойчивости стафилококков к противомикробным пептидам

    Бактерии разработали несколько эффективных механизмов для борьбы с активностью AMP [149]. Секретируемые бактериальные протеазы могут разрушать AMP. Специфические секретируемые бактериальные белки могут изолировать АМП и, таким образом, препятствовать их достижению клеточной мишени. Кроме того, существует множество расположенных на мембране переносчиков, которые экспортируют AMP подобно экспортерам лекарств. Более того, многие механизмы изменяют суммарный заряд поверхности бактериальной клетки, чтобы свести к минимуму привлечение обычно катионных АМП.

    Стафилококки, как наиболее важные бактериальные колонизаторы кожи человека, развили механизмы, принадлежащие ко всем этим четырем категориям (). S. aureus и S. epidermidis продуцируют несколько секретируемых протеаз с широкой субстратной специфичностью, которые способны расщеплять AMP. Например, было показано, что протеаза SepA S. epidermidis расщепляет hBD-3 и DCD [150]. Гомологичный S. aureus ауреолизин расщепляет и инактивирует LL-37 [151].Белковая стафилокиназа из 136 аминокислот, кодируемая бактериофагами и секретируемая лизогенными штаммами стафилококков, связывается с α-дефенсинами, тем самым устраняя антимикробную активность [152]. Было показано, что гены vraF и vraG , которые кодируют переносчик ABC и обнаружены как в S. aureus , так и в S. epidermidis , придают устойчивость к AMP [153]. Вероятно, VraFG действует путем вытеснения AMP из цитоплазматической мембраны.

    Таблица 2

    Выдающиеся механизмы устойчивости стафилококков к противомикробным пептидам.

    — (очень редко) ICAD APSX
    Название Название Ген Функция Настоящее в S. aureus Настоящее 5 S. Epidermidis
    Выделенные протеазы
    Aureolysin SEPA ( S. Epid E RMIDIS ) AUR ( S. AUREUS ) ухудшает AMPS (LL-37, HBD-3, DCD-1) + +
    Sequestration
    Стафилокиназа Sak (бактериофаг-кодировка) Персонал α-Defensins + (некоторые штаммы)
    Transporters
    VraF/VraG vraF , vraG Предполагаемый экспортер AMP + +
    Изменение е
    ФЗПНМ ФЗПНМ Lysylation из мембранных фосфолипидов + +
    DLT локуса dltA , dltB , dltC , dltD Alanylation из TeichoiOs кислоты + +
    ICAB (PNAG) ICAA , ICAB , ICAC , ICAD Производство экзополисацхарида PNAG; ICAB N -ацетилглокозамин DECETYLASE вводит положительный заряд + (некоторые штаммы) + (некоторые штаммы)
    AMP-срабатываемый регулирование
    APS (GRA) RSX System APSS GRAS ), APS R ( APS R ( GRAR ), APSX 2-компонентный датчик / Регулятор с дополнительным компонентом (APSX) + +
    Глобальные регуляторы: AGR, SARA, SAERS с/х B , с/х D , с/х C , с/х A; Сара; saeR , saeS Agr активируется, а Sar и Sae подавляются AMP. Agr активирует, а SarA подавляет экспрессию протеазы + +

    Наконец, у стафилококков существует множество механизмов устойчивости к АМФ, которые включают изменение поверхностного заряда. Обычно это приводит к уменьшению анионного характера поверхностных или цитоплазматических мембранных структур, что предотвращает привлечение катионных АМП. Некоторые из этих механизмов впервые были описаны у стафилококков. Фермент MprF продуцирует лизинилированные фосфолипиды, интеграция которых в цитоплазматическую мембрану снижает общий отрицательный заряд этой прямой структуры-мишени для многих АМП [154].Белки, кодируемые в локусе dlt , ответственны за введение аланильных остатков в тейхоевые кислоты [155]. Свободные аминогруппы карбоксиэтерифицированных аланильных остатков действуют, частично уравновешивая сильный анионный характер тейхоевых кислот, тем самым сводя к минимуму притяжение AMP [156]. Однако поверхностные полимеры могут также устранять АМП, используя другие механизмы. Катионный экзополисахарид PNAG обеспечивает защиту от АМП как положительного, так и отрицательного заряда [157].Таким образом, он может функционировать либо путем отталкивания, либо секвестрации, либо, возможно, создавая структурный барьер. Наконец, некоторые механизмы устойчивости к АМП могут также обеспечивать защиту от специфических антибиотиков, что, вероятно, связано со структурным и физико-химическим сходством с АМП, например, в случае катионного циклического липопептида даптомицина [158].

    Обнаружение антимикробных пептидов

    Адаптация хозяина к бактериальным механизмам устойчивости к АМФ иллюстрирует взаимодействие между врожденной защитой хозяина и бактериями в ходе эволюции [148].К ним относятся, например, производство анионных AMP, таких как DCD, для подавления механизмов устойчивости бактерий, которые нацелены исключительно на катионные AMP, или разработка устойчивых к протеазе AMP, таких как дефенсины с сильными мостиками. Бактерии, в дополнение к развившимся механизмам устойчивости к AMP, научились ощущать присутствие сублетальных концентраций AMP [159]. Это означает, что экспрессия генов устойчивости может быть ограничена временем, когда они необходимы, что выгодно для бактерий, поскольку экспрессия генов устойчивости к AMP часто включает значительные физиологические изменения, которые, вероятно, представляют собой значительную энергетическую нагрузку.

    У грамотрицательных бактерий датчик/регулятор PhoP/PhoQ, впервые описанный в Salmonella , определяет присутствие катионных АМП и в основном запускает изменение липополисахарида [159,160]. Первый сенсор AMP у грамположительных бактерий был только недавно описан у S. epidermidis [161]. Интересно, что он состоит из трех основных частей: ApsS (или GraS, сенсорная часть), ApsR (или GraR, регулятор связывания ДНК) и ApsX, необычного третьего компонента с неизвестной функцией.Система Aps, которая также была исследована на S. aureus [153], активирует три локуса, кодирующих ключевые механизмы устойчивости к АМФ у стафилококков: гены-транспортеры vraF / vraG , оперон dlt и . ген mprF . В то время как гены, подобные apsS и apsR , существуют и у других бактерий, гомологи apsX обнаружены только у стафилококков, что указывает на то, что aps -основанное восприятие АМП может быть уникальным свойством стафилококков [161].Кроме того, АМП явно менее специфичным образом запускают измененную экспрессию глобальных регуляторных систем, включая agr , sarA и saeRS , что приводит к увеличению секреции протеаз, таких как S. epidermidis aureolysin, которые разрушают АМП. [150]. Таким образом, способность экспрессировать широкий ряд механизмов устойчивости к AMP и реагировать на присутствие AMP может способствовать исключительной способности стафилококков колонизировать эпителий человека.

    Комментарий эксперта

    Прогресс в нашем понимании стафилококковой колонизации кожи и вовлеченных в нее молекулярных факторов связан с разработкой и использованием подходящих моделей колонизации животных. Вполне понятно, что исследовательское сообщество стафилококков в основном было сосредоточено на инфекции и моделях инфекции. Однако недавно колонизация была признана важной областью исследований, в основном из-за появления CA-MRSA и, вероятно, высокой важности колонизации как предпосылки для заражения этими штаммами.Несколько исследователей предложили стратегии деколонизации для предотвращения стафилококковых инфекций [162, 163]. Чтобы найти цели для разработки вакцин, направленных на предотвращение колонизации, нам необходимо лучше понять, какие молекулярные факторы стафилококки используют для колонизации кожи и слизистых оболочек человека. В то время как деколонизация коагулазонегативных стафилококков, таких как S. epidermidis , может не представлять собой хорошей идеи из-за возможного вмешательства в естественную микрофлору и ее баланс, более пристальное внимание к молекулярной биологии стафилококковой колонизации также приведет к улучшению сведения о колонизации этими штаммами.

    Животные модели стафилококковой колонизации находятся в зачаточном состоянии. Модели носовой колонизации использовались у мышей и хлопчатобумажных крыс [164, 165]. Однако добиться продолжительной колонизации трудно, и время, необходимое животным для очистки носа от стафилококков в этих моделях, относительно короткое, при этом хлопковые крысы демонстрируют более длительную колонизацию, чем мыши. Поэтому мониторинг постоянной колонизации, такой как у людей, пока невозможен. Однако с увеличением числа лабораторий, использующих эти модели, со временем они могут быть оптимизированы.В редких случаях для мониторинга колонизации использовались люди [131], но по понятным причинам этот подход ограничен менее вирулентными видами, такими как S. epidermidis . Исследования культур тканей могут дать некоторое представление о взаимодействии стафилококков, например, с кератиноцитами, но такие системы in vitro не имеют сложного строения реальной кожи, чтобы адекватно отразить сложность этого взаимодействия.

    Относительная важность AMP в определении стафилококковой колонизации и во взаимодействии между врожденной иммунной системой и бактериями в целом до сих пор остается загадкой.Как обсуждалось выше, доказательства, подтверждающие ключевую роль АМП в защите кожи от микроорганизмов, в основном косвенные. Чтобы лучше судить об относительной важности AMP, условия анализа in vitro должны быть стандартизированы и скорректированы для более точного отражения физиологических условий. Хотя использование животных в этой области затруднено из-за различий с людьми в отношении генов AMP, огромный прогресс в генетике человека может предоставить в будущем доказательства, полученные в результате исследования состава генов у людей, склонных к развитию кожных заболеваний.

    Не менее загадочно, играет ли прямое бактериальное взаимодействие, например, между S. aureus и S. epidermidis , роль в определении состава микрофлоры на различных эпителиях человека. Бактериоцины как наиболее очевидные кандидаты для бактериального вмешательства, по-видимому, ограничены специфическими штаммами, для которых невозможно установить явное преимущество колонизации. В то время как молекулярную основу конкуренции довольно легко исследовать in vitro , подобно AMP, только исследования in vivo и эпидемиология дадут четкие ответы в этой области.

    В целом представляется, что, хотя еще предстоит провести много исследований in vitro , классическая лабораторная микробиология находится на пределе своих возможностей для дальнейшего понимания взаимодействия между стафилококками и их хозяином. Потребуются комплексные усилия, включающие молекулярную биологию, модели колонизации животных, генетику человека и эпидемиологию. Кроме того, наличие механизмов резистентности к AMP у многих бактерий, включая стафилококки, указывает на то, что часто предлагаемое превращение AMP в терапевтические средства [99, 100] может быть проблематичным.С другой стороны, эффективные АМП развились, несмотря на эти механизмы [148], и, таким образом, могут стать основой для разработки ценных альтернатив антибиотикам, например, для местного лечения стафилококковых инфекций кожи.

    Пятилетний обзор

    Эпидемия CA-MRSA, вероятно, побудит к изучению молекулярных факторов, позволяющих этим штаммам лучше колонизироваться и, возможно, конкурировать с другими штаммами. Следует ожидать, что эти усилия также приведут к лучшему пониманию стафилококковой колонизации в целом.Исследователи сосредоточатся больше на использовании животных моделей колонизации. Напротив, ожидается, что получение более прямых доказательств роли АМП в контроле стафилококковой колонизации кожи займет больше времени. Тем временем эта область, вероятно, даст более подробное представление о механизмах устойчивости стафилококков к АМФ и их регуляции.

    Ключевые вопросы

    • Стафилококки часто являются колонизаторами эпителия человека. Многие штаммы являются постоянными колонизаторами, в то время как человеческая популяция делится на носителей и неносителей в отношении Staphylococcus aureus .Что отличает носителей S. aureus от неносителей, неясно.

    • Вид S. aureus может вызывать молниеносную инфекцию, в то время как инфекции, вызванные другими видами стафилококков, в основном протекают в подострой форме. Колонизация обычно является предпосылкой для заражения.

    • Стафилококки продуцируют множество молекулярных факторов, которые могут играть роль в колонизации, таких как поверхностно-связывающиеся белки и экзополимеры. Кроме того, стафилококки демонстрируют состав генов и экспрессию, направленные на то, чтобы противостоять суровым условиям окружающей среды на коже человека.Однако роль большинства этих компонентов в колонизации носит гипотетический характер.

    • Пока нет доказательств того, что прямое бактериальное вмешательство способствует колонизации одним штаммом стафилококка по сравнению с другим или другими бактериями.

    • Считается, что антимикробные пептиды играют ключевую роль в врожденной защите хозяина на коже человека и в контроле бактериальной колонизации.

    • Стафилококки обладают многими механизмами снижения активности противомикробных пептидов, многие из которых запускаются присутствием противомикробных пептидов.

    • Модели колонизации необходимо будет использовать вместе с подходами молекулярной биологии, чтобы получить прямые доказательства роли противомикробных пептидов (АМП) в контроле стафилококковой колонизации и функции механизмов устойчивости к АМФ в уклонении от активности АМФ in vivo , что в настоящее время отсутствует.

    Сноски

    Для заказа перепечатки обращайтесь по адресу [email protected]

    Раскрытие финансовых и конкурирующих интересов

    Эта работа была поддержана Программой внутренних исследований Национального института аллергии и инфекционных заболеваний. НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ США.Автор не имеет никаких других соответствующих связей или финансового участия с какой-либо организацией или юридическим лицом, имеющим финансовый интерес или финансовый конфликт с предметом или материалами, обсуждаемыми в рукописи, кроме раскрытых.

    При написании этой рукописи помощь в написании не использовалась.

    Ссылки

    1. Kloos W, Schleifer KH. Стафилококк. В: Холт Дж. Г., редактор. Руководство Берги по систематической бактериологии. Уильямс и Уилкинс; Мэриленд, США: 1986.[Google Академия]2. Клоос В.Е., Шлейфер К.Х. Staphylococcus auricularis sp nov.: обитатель наружного уха человека. Int J Syst Bacteriol. 1983; 22:9–14. [Google Академия]4. Армстронг-Эстер, Калифорния. Носительство Staphylococcus aureus в здоровой внебольничной популяции взрослых и детей. Ann Hum Biol. 1976; 3: 221–227. [PubMed] [Google Scholar]6. Wertheim HF, Verveer J, Boelens HA, van Belkum A, Verbrugh HA, Vos MC. Влияние лечения мупироцином на назальное, глоточное и промежностное носительство Staphylococcus aureus у здоровых взрослых.Противомикробные агенты Chemother. 2005; 49: 1465–1467. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]7. Эриксен Н.Х., Эсперсен Ф., Росдал В.Т., Дженсен К. Носительство Staphylococcus aureus среди 104 здоровых людей в течение 19-месячного периода. Эпидемиол инфекции. 1995; 115:51–60. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 8. Клютманс Дж.А., Вертхайм Х.Ф. Назальное носительство Staphylococcus aureus и профилактика внутрибольничных инфекций. Инфекционное заболевание. 2005; 33:3–8. [PubMed] [Google Scholar]9. Wertheim HF, Melles DC, Vos MC, et al.Роль назального носительства в инфекциях Staphylococcus aureus . Ланцет Infect Dis. 2005; 5: 751–762. [PubMed] [Google Scholar] 10. Kloos WE, Musselwhite MS. Распределение и персистенция видов Staphylococcus и Micrococcus и других аэробных бактерий на коже человека. Приложение микробиол. 1975; 30: 381–385. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 11. Клоос В.Е., Шлейфер К.Х. Выделение и характеристика стафилококков с кожи человека. II: описание четырех новых видов: Staphylococcus warneri , Staphylococcus capitis , Staphylococcus hominis и Staphylococcus simulans .Int J Syst Bacteriol. 1975; 25: 62–79. [Google Академия] 12. Девриз Л.А., Шлейфер К.Х., Адегоке Г.О. Выявление коагулазонегативных стафилококков у сельскохозяйственных животных. J Приложение Bacteriol. 1985; 58: 45–55. [PubMed] [Google Scholar] 13. Нагасе Н., Сасаки А., Ямасита К. и др. Выделение и видовое распределение стафилококков с кожи животных и человека. J Vet Med Sci. 2002; 64: 245–250. [PubMed] [Google Scholar] 14. Талан Д.А., Стаатц Д., Стаатц А., Гольдштейн Э.Дж., Сингер К., Овертурф Г.Д. Staphylococcus intermedius в собачьих деснах и собачьих раневых инфекциях человека: лабораторная характеристика недавно обнаруженного зоонозного патогена.Дж. Клин Микробиол. 1989; 27: 78–81. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 15. Отто М. Факторы вирулентности коагулазонегативных стафилококков. Фронт биосай. 2004; 9: 841–863. [PubMed] [Google Scholar] 16. Лоуи ФД. Staphylococcus aureus инфекций. N Engl J Med. 1998; 339: 520–532. [PubMed] [Google Scholar] 17. Этьен Дж., Пангон Б., Лепор С. и др. Staphylococcus lugdunensis эндокардит. Ланцет. 1989; 1:390. [PubMed] [Google Scholar] 18. Цинкернагель А.С., Цинкернагель М.С., Эльзи М.В. и соавт.Значение бактериемии Staphylococcus lugdunensis : отчет о 28 случаях и обзор литературы. Инфекционное заболевание. 2008; 36: 314–321. [PubMed] [Google Scholar] 19. Национальная система эпиднадзора за внутрибольничными инфекциями. Отчет Национальной системы эпиднадзора за внутрибольничными инфекциями (NNIS), сводка данных с января 1992 г. по июнь 2004 г., опубликованный в октябре 2004 г. Am J Infect Control. 2004; 32: 470–485. [PubMed] [Google Scholar] 20. Vuong C, Otto M. Staphylococcus epidermidis инфекций.микробы заражают. 2002; 4: 481–489. [PubMed] [Google Scholar] 21. Джордан П.А., Иравани А., Ричард Г.А., Баер Х. Инфекция мочевыводящих путей, вызванная Staphylococcus saprophyticus . J Infect Dis. 1980; 142: 510–515. [PubMed] [Google Scholar] 22. Diekema DJ, Pfaller MA, Schmitz FJ, et al. Обзор инфекций, вызванных видами Staphylococcus : частота встречаемости и чувствительность к противомикробным препаратам изолятов, собранных в США, Канаде, Латинской Америке, Европе и регионе Западной части Тихого океана для программы SENTRY Antimicrobial Surveillance Program, 1997–1999. Клин Инфекция Дис. 2001; 32 (Приложение 2): S114–S132. [PubMed] [Google Scholar] 24. Оливейра Д.К., Томаш А., де Ленкастр Х. Секреты успеха человеческого патогена: молекулярная эволюция пандемических клонов устойчивого к метициллину Staphylococcus aureus . Ланцет Infect Dis. 2002; 2: 180–189. [PubMed] [Google Scholar] 26. Клевенс Р.М., Моррисон М.А., Нэдл Дж. и соавт. Инвазивная метициллин-резистентная инфекция Staphylococcus aureus в США. ДЖАМА. 2007; 298:1763–1771. [PubMed] [Google Scholar] 27.Raad I, Alrahwan A, Rolston K. Staphylococcus epidermidis : появление резистентности и потребность в альтернативных агентах. Клин Инфекция Дис. 1998; 26:1182–1187. [PubMed] [Google Scholar] 28. Ханссен А.М., Кьелдсен Г., Соллид Ю. Локальные варианты стафилококковой кассеты хромосомы mec у спорадических метициллин-резистентных Staphylococcus aureus и метициллин-резистентных коагулазонегативных стафилококков: свидетельство горизонтального переноса генов? Противомикробные агенты Chemother. 2004; 48: 285–296. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 30.ДеЛео Ф.Р., Дьеп Б.А., Отто М. Защита хозяина и патогенез инфекций Staphylococcus aureus . Заражение Dis Clin North Am. 2009; 23:17–34. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 32. von Eiff C, Becker K, Machka K, Stammer H, Peters G. Носовое носительство как источник бактериемии Staphylococcus aureus . Исследовательская группа. N Engl J Med. 2001; 344:11–16. [PubMed] [Google Scholar] 33. Nouwen JL, Fieren MW, Snijders S, Verbrugh HA, van Belkum A. Стойкое (не периодическое) назальное носительство Staphylococcus aureus является определяющим фактором инфекций, связанных с CPD.Kidney Int. 2005; 67: 1084–1092. [PubMed] [Google Scholar] 34. Уайт А. Повышенная частота инфекций у тяжелых назальных носителей коагулазоположительных стафилококков. Противомикробные агенты Chemother (Bethesda) 1963;161:667–670. [PubMed] [Google Scholar] 35. Фостер Т.Дж., Хук М. Адгезины поверхностных белков Staphylococcus aureus . Тенденции микробиол. 1998; 6: 484–488. [PubMed] [Google Scholar] 36. Patti JM, Allen BL, McGavin MJ, Hook M. MSCRAMM-опосредованное прилипание микроорганизмов к тканям хозяина. Annu Rev Microbiol.1994; 48: 585–617. [PubMed] [Google Scholar] 37. Mazmanian SK, Liu G, Ton-That H, Schneewind O. Staphylococcus aureus sortase, фермент, который прикрепляет поверхностные белки к клеточной стенке. Наука. 1999; 285:760–763. [PubMed] [Google Scholar] 38. Тон-Тат Х, Мазманян С.К., Фаулл К.Ф., Шнивинд О. Закрепление поверхностных белков на клеточной стенке Staphylococcus aureus . Сортаза катализировала реакцию транспептидации in vitro с использованием пептида LPXTG и субстратов NH(2)-Gly(3). Дж. Биол. Хим.2000; 275:9876–9881. [PubMed] [Google Scholar]40. Глейзер Л. Полисахариды поверхности бактериальных клеток. Анну Рев Биохим. 1973; 42: 91–112. [PubMed] [Google Scholar]41. Мак Д., Фишер В., Крокотч А. и др. Межклеточный адгезин, участвующий в накоплении биопленки Staphylococcus epidermidis , представляет собой линейный β-1,6-связанный глюкозаминогликан: очистка и структурный анализ. J Бактериол. 1996; 178: 175–183. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]42. Выонг С., Коцианова С., Войич Дж. М. и соавт.Решающая роль модификации экзополисахарида в формировании бактериальной биопленки, уклонении от иммунитета и вирулентности. Дж. Биол. Хим. 2004; 279:54881–54886. [PubMed] [Google Scholar]43. Hussain M, Herrmann M, von Eiff C, Perdreau-Remington F, Peters G. Внеклеточный белок массой 140 килодальтон необходим для накопления штаммов Staphylococcus epidermidis на поверхностях. Заразить иммун. 1997; 65: 519–524. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]44. Конради Д.Г., Брешиа К.С., Хории К., Вайс А.А., Хассет Д.Дж., Герр А.Б.За межклеточную адгезию в стафилококковых биопленках отвечает цинкзависимый модуль адгезии. Proc Natl Acad Sci USA. 2008; 105:19456–19461. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]45. Роде Х., Бурдельски С., Бартшт К. и др. Индукция образования биопленки Staphylococcus epidermidis посредством протеолитического процессинга связанного с накоплением белка стафилококковыми протеазами и протеазами хозяина. Мол микробиол. 2005; 55: 1883–1895. [PubMed] [Google Scholar]46. Баннер М.А., Каннифф Дж.Г., Macintosh RL и др.Локализованные пучки фибрилл на Staphylococcus epidermidis NCTC 11047 состоят из белка, связанного с накоплением. J Бактериол. 2007; 189: 2793–2804. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]47. Меринос Н., Толедо-Арана А., Вергара-Иригарай М. и др. Опосредованное белком А многоклеточное поведение у Staphylococcus aureus . J Бактериол. 2009; 191:832–843. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]48. Вергара-Иригарай М., Валле Дж., Мерино Н. и др. Актуальная роль FnBP в инфекциях, связанных с биопленкой Staphylococcus aureus , связанных с инородными телами.Заразить иммун. 2009;77:3978–3991. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 49. О’Нил Э., Поцци С., Хьюстон П. и др. Новый фенотип биопленки Staphylococcus aureus , опосредованный фибронектин-связывающими белками, FnBPA и FnBPB. J Бактериол. 2008; 190:3835–3850. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]50. Роджерс К.Л., Рупп М.Е., Фей П.Д. Присутствие icaADBC вредно для колонизации кожи человека Staphylococcus epidermidis . Appl Environ Microbiol.2008; 74: 6155–6157. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]51. Gill SR, Fouts DE, Archer GL, et al. Представления об эволюции вирулентности и резистентности на основе полного анализа генома раннего метициллин-резистентного штамма Staphylococcus aureus и биопленкообразующего метициллин-резистентного штамма Staphylococcus epidermidis . J Бактериол. 2005; 187: 2426–2438. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 52. Грэм Дж. Э., Уилкинсон Б. Дж. Staphylococcus aureus Осморегуляция: роль холина, глицина, бетаина, пролина и таурина.J Бактериол. 1992;174:2711–2716. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 53. Брук И. Бактериальная интерференция. Crit Rev Microbiol. 1999; 25: 155–172. [PubMed] [Google Scholar]55. Бирбаум Г. , Сал Х.Г. Лантибиотики: механизм действия, биосинтез и биоинженерия. Карр Фарм Биотехнолог. 2009; 10: 2–18. [PubMed] [Google Scholar]56. Бирбаум Г., Гоц Ф., Пешель А., Купке Т., ван де Камп М., Сахл Х.Г. Биосинтез лантибиотиков эпидермина, галлидермина, Pep5 и эпиланцина К7. Антони Ван Левенгук.1996; 69: 119–127. [PubMed] [Google Scholar]57. Эккеленкамп М.Б., Ханссен М., Дэнни Хсу С.Т. и соавт. Выделение и структурная характеристика эпиланцина 15X, нового лантибиотика из клинического штамма Staphylococcus epidermidis . ФЭБС лат. 2005; 579: 1917–1922. [PubMed] [Google Scholar]58. Калетта С., Энтиан К.Д., Келлнер Р., Юнг Г., Рейс М., Сахл Х.Г. Pep5, новый лантибиотик: выделение структурных генов и последовательность препептидов. Арка микробиол. 1989; 152:16–19. [PubMed] [Google Scholar]59. Шнелл Н., Энтиан К.Д., Шнайдер У. и соавт.Препептидная последовательность эпидермина, антибиотика, синтезированного на рибосомах, с четырьмя сульфидными кольцами. Природа. 1988; 333: 276–278. [PubMed] [Google Scholar] 60. ван де Камп М., ван ден Хувен Х.В., Конингс Р.Н. и др. Выяснение первичной структуры лантибиотика эпиланцина К7 из Staphylococcus epidermidis K7. Клонирование и характеристика гена, кодирующего эпиланцин-K7, и ЯМР-анализ зрелого эпиланцина K7. Евр Дж Биохим. 1995; 230: 587–600. [PubMed] [Google Scholar]61. Асо Ю., Нагао Дж., Кога Х. и др.Гетерологическая экспрессия и функциональный анализ кластера генов биосинтеза и иммунитета к лантибиотику нукацину ISK-1. J Biosci Bioeng. 2004; 98: 429–436. [PubMed] [Google Scholar]62. Асо Ю., Сашихара Т., Нагао Дж. и др. Характеристика кластера генов Staphylococcus warneri ISK-1, кодирующего биосинтез лантибиотика нукацина ISK-1 и иммунитет к нему. Biosci Biotechnol Biochem. 2004; 68: 1663–1671. [PubMed] [Google Scholar]63. Шнелл Н., Энтиан К.Д., Гоц Ф., Хорнер Т., Келлнер Р., Юнг Г.Выделение структурного гена и препептидная последовательность галлидермина, нового антибиотика, содержащего лантионин. FEMS Microbiol Lett. 1989; 49: 263–267. [PubMed] [Google Scholar]64. Наваратна М.А., Сахл Х.Г., Тагг Дж.Р. Идентификация генов, кодирующих продукцию двухкомпонентных лантибиотиков в Staphylococcus aureus C55 и других штаммах фага группы II S. aureus, и демонстрация ассоциации с геном эксфолиативного токсина B. Заразить иммун. 1999;67:4268–4271. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]65.Дрейпер Л.А., Росс Р.П., Хилл С., Коттер П.Д. Лантибиотический иммунитет. Curr Protein Pept Sci. 2008; 9: 39–49. [PubMed] [Google Scholar]66. Отто М., Пешель А., Готц Ф. Самозащита производителей от лантибиотического эпидермина с помощью переносчика ABC EpiFEG Staphylococcus epidermidis Tu3298. FEMS Microbiol Lett. 1998; 166: 203–211. [PubMed] [Google Scholar]67. Peschel A, Gotz F. Анализ генов Staphylococcus epidermidis epiF , — E и — G , участвующих в иммунитете к эпидермину.J Бактериол. 1996; 178: 531–536. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]68. Сарис П.Е., Иммонен Т., Рейс М., Сахл Х.Г. Иммунитет к лантибиотикам. Антони Ван Левенгук. 1996; 69: 151–159. [PubMed] [Google Scholar]69. Дьеп Б.А., Гилл С.Р., Чанг Р.Ф. и соавт. Полная последовательность генома USA300, эпидемического клона внебольничного устойчивого к метициллину Staphylococcus aureus . Ланцет. 2006; 367: 731–739. [PubMed] [Google Scholar]70. Отто М., Готц Ф. ABC-переносчики стафилококков. Рез микробиол.2001; 152: 351–356. [PubMed] [Google Scholar]71. Donvito B, Etienne J, Denoroy L, Greenland T, Benito Y, Vandenesch F. Синергетическая гемолитическая активность Staphylococcus lugdunensis опосредована тремя пептидами, кодируемыми не-agr генетическим локусом. Заразить иммун. 1997; 65: 95–100. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]72. Мехлин С., Хедли С.М., Клебанофф С.Дж. Воспалительный полипептидный комплекс из Staphylococcus epidermidis : выделение и характеристика. J Эксперт Мед. 1999; 189: 907–918.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]73. Ван Р., Браутон К.Р., Кречмер Д. и др. Идентификация новых цитолитических пептидов в качестве ключевых детерминант вирулентности для внебольничного MRSA. Нат Мед. 2007; 13:1510–1514. [PubMed] [Google Scholar]74. Beaudet R, Bisaillon JG, Saheb SA, Sylvestre M. Производство, очистка и предварительная характеристика ингибитора роста гонококков, продуцируемого коагулазонегативным стафилококком, выделенным из урогенитальной флоры. Противомикробные агенты Chemother.1982; 22: 277–283. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]75. Допле В. М., Нагарадж Р. Создание аналогов, обладающих мощной антимикробной и гемолитической активностью с минимальными изменениями по сравнению с неактивным пептидом из 16 остатков, соответствующим спиральной области δ-токсина Staphylococcus aureus . Protein Eng. 1995; 8: 315–318. [PubMed] [Google Scholar]76. Допле В.М., Нагарадж Р. Конформация и активность δ-лизина и его аналогов. Пептиды. 2005; 26: 217–225. [PubMed] [Google Scholar]77. Уотсон Д.С., Ягучи М., Бисайон Дж.Г., Боде Р., Морозоли Р.Аминокислотная последовательность ингибитора роста гонококков из Staphylococcus haemolyticus . Биохим Дж. 1988; 252:87–93. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]78. Dhople VM, Nagaraj R. δ-токсин, в отличие от мелиттина, обладает только гемолитической активностью и не обладает антимикробной активностью: рационализация этой специфической биологической активности. Biosci Rep. 1993; 13:245–250. [PubMed] [Google Scholar]79. Миллер МБ, Басслер БЛ. Чувство кворума у ​​бактерий. Annu Rev Microbiol. 2001; 55: 165–199. [PubMed] [Google Scholar]81.Джи Джи, Бивис Р.К., Новик Р.П. Контроль плотности клеток стафилококковой вирулентности, опосредованный октапептидным феромоном. Proc Natl Acad Sci USA. 1995;92:12055–12059. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]82. Мэйвилл П., Джи Г., Бивис Р. и др. Структурно-активный анализ синтетических аутоиндуцирующих тиолактоновых пептидов из Staphylococcus aureus , ответственных за вирулентность. Proc Natl Acad Sci USA. 1999;96:1218–1223. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]83. Отто М., Зюссмут Р., Юнг Г., Гоц Ф.Структура пептида феромона системы Staphylococcus epidermidis agr . ФЭБС лат. 1998; 424:89–94. [PubMed] [Google Scholar]84. Джи Джи, Бивис Р, Новик Р.П. Бактериальная интерференция, вызванная аутоиндуцирующими вариантами пептидов. Наука. 1997; 276:2027–2030. [PubMed] [Google Scholar]85. Отто М., Суссмут Р., Вуонг С., Юнг Г., Готц Ф. Ингибирование экспрессии фактора вирулентности в Staphylococcus aureus феромоном и производными Staphylococcus epidermidis agr .ФЭБС лат. 1999; 450: 257–262. [PubMed] [Google Scholar]86. Лина Г., Бутит Ф., Тристан А., Бес М., Этьен Дж., Ванденеш Ф. Конкуренция бактерий за колонизацию носовой полости человека: роль стафилококковых аллелей agr . Appl Environ Microbiol. 2003;69:18–23. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]87. Эц Х., Минх Д.Б., Хеникс Т. и др. Идентификация in vivo экспрессированных вакцинных антигенов-кандидатов из Staphylococcus aureus . Proc Natl Acad Sci USA. 2002; 99: 6573–6578.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]88. Харрисон Л.М., Моррис Дж.А., Лаудер Р.М., Телфорд Д.Р. Влияние носительства Staphylococcus aureus на поздних сроках беременности на уровень антител к стафилококковым токсинам в пуповинной крови и грудном молоке. FEMS Immunol Med Microbiol. 2008; 54: 137–143. [PubMed] [Google Scholar]89. Verkaik NJ, de Vogel CP, Boelens HA, et al. Антистафилококковый гуморальный иммунный ответ у персистирующих назальных носителей и неносителей Staphylococcus aureus . J Infect Dis.2009; 199: 625–632. [PubMed] [Google Scholar]90. Wertheim HF, Vos MC, Ott A, et al. Риск и исход внутрибольничной бактериемии Staphylococcus aureus у назальных носителей по сравнению с неносителями. Ланцет. 2004; 364: 703–705. [PubMed] [Google Scholar]91. Лэнгли Р., Вайнс Б., Уиллоуби Н., Басу И., Профт Т., Фрейзер Д.Д. Стафилококковый суперантигеноподобный белок 7 связывает IgA и комплемент C5 и ингибирует связывание IgA-Fc α RI и уничтожение бактерий сывороткой. Дж Иммунол. 2005; 174: 2926–2933. [PubMed] [Google Scholar]92.Форсгрен А., Нордстром К. Белок А из Staphylococcus aureus : биологическое значение его реакции с IgG. Энн NY Acad Sci. 1974; 236: 252–266. [PubMed] [Google Scholar]93. Faurschou M, Borregaard N. Нейтрофильные гранулы и секреторные пузырьки при воспалении. микробы заражают. 2003;5:1317–1327. [PubMed] [Google Scholar]94. Фостер Т.Дж. Уклонение от иммунитета стафилококками. Nat Rev Microbiol. 2005; 3: 948–958. [PubMed] [Google Scholar]95. Ройяккерс С.Х., ван Кессель К.П., ван Стрейп Дж.А. Стафилококковое уклонение от врожденного иммунитета.Тенденции микробиол. 2005; 13: 596–601. [PubMed] [Google Scholar]96. Боман ХГ. Пептидные антибиотики и их роль во врожденном иммунитете. Анну Рев Иммунол. 1995; 13:61–92. [PubMed] [Google Scholar] 97. Хэнкок Р.Е., Даймонд Г. Роль катионных антимикробных пептидов во врожденной защите хозяина. Тенденции микробиол. 2000; 8: 402–410. [PubMed] [Google Scholar]98. Заслофф М. Антимикробные пептиды многоклеточных организмов. Природа. 2002; 415:389–395. [PubMed] [Google Scholar]99. Джулиани А., Пирри Г., Боззи А., Ди Джулио А., Аски М., Ринальди А.С.Антимикробные пептиды: природные матрицы для синтетических мембраноактивных соединений. Cell Mol Life Sci. 2008;65:2450–2460. [PubMed] [Google Scholar] 100. Мукерджи Н., Хэнкок Р.Э. Катионные пептиды защиты хозяина: регуляторные пептиды врожденного иммунитета как новый подход к лечению инфекций. Cell Mol Life Sci. 2007; 64: 922–933. [PubMed] [Google Scholar] 101. Ди Нардо А., Витиелло А., Галло Р.Л. Передний край: антимикробная активность тучных клеток опосредована экспрессией антимикробного пептида кателицидина. Дж Иммунол.2003;170:2274–2278. [PubMed] [Google Scholar] 102. Агерберт Б., Чаро Дж., Верр Дж. и др. Антимикробные и хемотаксические пептиды человека LL-37 и α-дефенсины экспрессируются специфическими популяциями лимфоцитов и моноцитов. Кровь. 2000;96:3086–3093. [PubMed] [Google Scholar] 103. Ли Д.Ю., Ямасаки К., Рудсил Дж. и др. Себоциты экспрессируют функциональные кателицидиновые антимикробные пептиды и могут уничтожать пропионибактерии акне. J Invest Dermatol. 2008; 128: 1863–1866. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]104.Надь И., Пиварчи А., Кис К. и др. Propionibacterium acnes и липополисахарид индуцируют экспрессию противомикробных пептидов и провоспалительных цитокинов/хемокинов в себоцитах человека. микробы заражают. 2006; 8: 2195–2205. [PubMed] [Google Scholar] 105. Дэвидсон Д.Дж., Карри А.Дж., Рейд Г.С. и др. Катионный противомикробный пептид LL-37 модулирует дифференцировку дендритных клеток и индуцированную дендритными клетками Т-клеточную поляризацию. Дж Иммунол. 2004; 172:1146–1156. [PubMed] [Google Scholar] 106.De Y, Chen Q, Schmidt AP, et al. LL-37, кателицидин, происходящий из нейтрофильных гранул и эпителиальных клеток, использует рецептор, подобный формилпептиду 1 (FPRL1), в качестве рецептора для хемопривлекательности нейтрофилов, моноцитов и Т-клеток периферической крови человека. J Эксперт Мед. 2000; 192:1069–1074. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]107. Ян Д., Чертов О., Быковская С.Н. и др. β-дефенсины: связь врожденного и адаптивного иммунитета через дендритную и Т-клеточную CCR6. Наука. 1999; 286: 525–528. [PubMed] [Google Scholar] 108.Шиттек Б., Хипфель Р., Зауэр Б. и др. Дермцидин: новый человеческий пептид-антибиотик, секретируемый потовыми железами. Нат Иммунол. 2001;2:1133–1137. [PubMed] [Google Scholar] 109. Ганц Т. Дефенсины: антимикробные пептиды врожденного иммунитета. Нат Рев Иммунол. 2003; 3: 710–720. [PubMed] [Google Scholar] 110. Хардер Дж., Шредер Дж. М. Антимикробные пептиды в коже человека. Хим Иммунол Аллергия. 2005; 86: 22–41. [PubMed] [Google Scholar] 111. Harder J, Meyer-Hoffert U, Wehkamp K, Schwichtenberg L, Schroder JM. Дифференциальная индукция генов β-дефенсинов человека (hBD-1, -2, -3 и -4) в кератиноцитах ингибируется ретиноевой кислотой.J Invest Dermatol. 2004; 123: 522–529. [PubMed] [Google Scholar] 112. Хардер Дж., Бартельс Дж., Кристоферс Э., Шредер Дж. М. Выделение и характеристика человеческого β-дефенсина-3, нового пептидного антибиотика, индуцируемого человеком. Дж. Биол. Хим. 2001; 276: 5707–5713. [PubMed] [Google Scholar] 113. Ян Д., Чертов О., Оппенгейм Дж. Участие дефенсинов и кателицидинов млекопитающих в антимикробном иммунитете: рецепторы и активность дефенсинов и кателицидинов человека (LL-37) J Leukoc Biol. 2001; 69: 691–697. [PubMed] [Google Scholar] 114.Занетти М. Кателицидины, многофункциональные пептиды врожденного иммунитета. J Leukoc Biol. 2004; 75: 39–48. [PubMed] [Google Scholar] 115. Durr UH, Sudheendra US, Ramamoorthy A. LL-37, единственный человеческий представитель семейства кателицидиновых антимикробных пептидов. Биохим Биофиз Акта. 2006; 1758: 1408–1425. [PubMed] [Google Scholar] 116. Агерберт Б., Гунне Х., Одеберг Дж., Когнер П., Боман Х.Г., Гудмундссон Г.Х. FALL-39, предполагаемый человеческий пептидный антибиотик, не содержит цистеина и экспрессируется в костном мозге и яичках.Proc Natl Acad Sci USA. 1995; 92: 195–199. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]117. Cowland JB, Johnsen AH, Borregaard N. hCAP-18, кателино/пробактецин-подобный белок специфических гранул нейтрофилов человека. ФЭБС лат. 1995; 368: 173–176. [PubMed] [Google Scholar] 118. Мураками М., Отаке Т., Доршнер Р.А., Шиттек Б., Гарбе С., Галло Р.Л. Антимикробный пептид кателицидин экспрессируется в поте, врожденная защитная система кожи. J Invest Dermatol. 2002; 119:1090–1095. [PubMed] [Google Scholar] 119.Ван Т.Т., Нестель Ф.П., Бурдо В. и др. Передовой опыт: 1,25-дигидроксивитамин D3 является прямым индуктором экспрессии генов противомикробных пептидов. Дж Иммунол. 2004; 173: 2909–2912. [PubMed] [Google Scholar] 120. Rieg S, Garbe C, Sauer B, Kalbacher H, Schittek B. Дермцидин конститутивно вырабатывается экзокринными потовыми железами и не индуцируется в клетках эпидермиса при воспалительных состояниях кожи. Бр Дж Дерматол. 2004; 151: 534–539. [PubMed] [Google Scholar] 121. Штеффен Х., Риг С., Видеманн И. и др. Натуральные пептиды, полученные из дермцидина, не проницаемы для бактериальных мембран и убивают микроорганизмы независимо от их заряда.Противомикробные агенты Chemother. 2006; 50: 2608–2620. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]122. Ричардс А.М., Николлс М.Г., Льюис Л., Лейнчбери Дж.Г. Адреномедуллин. Clin Sci (Лондон) 1996; 91: 3–16. [PubMed] [Google Scholar] 123. Аллакер Р.П., Капас С. Адреномедуллин и защита слизистой оболочки: взаимодействие между хозяином и микроорганизмом. Регул Пепт. 2003; 112: 147–152. [PubMed] [Google Scholar] 124. Аллакер Р.П., Зихни С., Капас С. Исследование антимикробного действия адреномедуллина на микрофлору кожи, полости рта, дыхательных путей и кишечника.FEMS Immunol Med Microbiol. 1999; 23: 289–293. [PubMed] [Google Scholar] 125. Чипман Д.М., Шэрон Н. Механизм действия лизоцима. Наука. 1969; 165: 454–465. [PubMed] [Google Scholar] 126. Ной ХК, Дрейфус Дж., 3-й, Кэнфилд Р.Е. Влияние лизоцима человека на грамположительные и грамотрицательные бактерии. Противомикробные агенты Chemother (Bethesda) 1968; 8: 442–444. [PubMed] [Google Scholar] 127. Бера А., Бисвас Р., Герберт С., Готц Ф. Наличие пептидогликана O -ацетилтрансферазы у различных видов стафилококков коррелирует с устойчивостью к лизоциму и патогенностью.Заразить иммун. 2006; 74: 4598–4604. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 128. Бера А., Герберт С., Якоб А., Фоллмер В., Готц Ф. Почему патогенные стафилококки так устойчивы к лизоциму? Пептидогликан O -ацетилтрансфераза OatA является основной детерминантой устойчивости к лизоциму Staphylococcus aureus . Мол микробиол. 2005; 55: 778–787. [PubMed] [Google Scholar] 129. Симпсон А.Дж., Максвелл А.И., Гован Дж.Р., Хаслетт С., Салленав Дж.М. Элафин (специфический ингибитор эластазы) обладает антимикробной активностью в отношении грамположительных и грамотрицательных респираторных патогенов.ФЭБС лат. 1999; 452:309–313. [PubMed] [Google Scholar] 130. Уильямс С.Э., Браун Т.И., Роганян А., Салленав Дж.М. SLPI и elafin: одна перчатка, много пальцев. Clin Sci (Лондон) 2006; 110: 21–35. [PubMed] [Google Scholar] 131. Глейзер Р., Хардер Дж., Ланге Х., Бартельс Дж., Кристоферс Э., Шредер Дж. М. Противомикробный псориазин (S100A7) защищает кожу человека от инфекции Escherichia coli . Нат Иммунол. 2005; 6: 57–64. [PubMed] [Google Scholar] 132. Корбин Б.Д., Сили Э.Х., Рааб А. и соавт. Хелирование металлов и ингибирование роста бактерий в тканевых абсцессах.Наука. 2008; 319: 962–965. [PubMed] [Google Scholar] 133. Чжан Дж., Дайер К.Д., Розенберг Х.Ф. Человеческая РНКаза 7, новая катионная рибонуклеаза из надсемейства РНКаз А. Нуклеиновые Кислоты Res. 2003; 31: 602–607. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]134. Доршнер Р.А., Лопес-Гарсия Б., Пешель А. и соавт. Ионная среда млекопитающих определяет восприимчивость микробов к антимикробным защитным пептидам. FASEB J. 2006; 20:35–42. [PubMed] [Google Scholar] 135. Шиттек Б., Паульманн М., Сенюрек И., Штеффен Х. Роль антимикробных пептидов в коже человека и кожных инфекционных заболеваниях.Заразить мишени для наркотиков. 2008; 8: 135–143. [PubMed] [Google Scholar] 136. Али Р., Майбах Х.И., Шайнфилд Х.Р. Микробная флора атопического дерматита. Арка Дерматол. 1977; 113: 780–782. [PubMed] [Google Scholar] 137. Лейден Дж.Дж., Марплс Р.Р., Клигман А.М. Staphylococcus aureus в очагах атопического дерматита. Бр Дж Дерматол. 1974; 90: 525–530. [PubMed] [Google Scholar] 138. Nomura I, Goleva E, Howell MD, et al. Цитокиновая среда атопического дерматита, по сравнению с псориазом, кожи предотвращает индукцию генов врожденного иммунного ответа.Дж Иммунол. 2003; 171:3262–3269. [PubMed] [Google Scholar] 139. Онг П.Ю., Охтаке Т., Брандт С. и др. Эндогенные антимикробные пептиды и кожные инфекции при атопическом дерматите. N Engl J Med. 2002; 347:1151–1160. [PubMed] [Google Scholar] 140. Риг С., Штеффен Х., Сибер С. и др. Дефицит антимикробных пептидов, полученных из дермцидина, в поте пациентов с атопическим дерматитом коррелирует с нарушением врожденной защиты кожи человека in vivo . Дж Иммунол. 2005; 174:8003–8010. [PubMed] [Google Scholar] 141.Хардер Дж., Шредер Дж. М. Псориатические чешуйки: многообещающий источник для выделения антимикробных белков кожи человека. J Leukoc Biol. 2005; 77: 476–486. [PubMed] [Google Scholar] 142. Chronnell CM, Ghali LR, Ali RS, et al. Экспрессия человеческого β-дефензина-1 и -2 в сально-волосяных единицах человека: активация в очагах обыкновенных угрей. J Invest Dermatol. 2001; 117:1120–1125. [PubMed] [Google Scholar] 144. Галло Р.Л., Ким К.Дж., Бернфилд М. и др. Идентификация CRAMP, родственного кателину противомикробного пептида, экспрессируемого у эмбрионов и взрослых мышей.Дж. Биол. Хим. 1997; 272:13088–13093. [PubMed] [Google Scholar] 145. Pestonjamasp VK, Huttner KH, Gallo RL. Сайт процессинга и структура гена мышиного противомикробного пептида CRAMP. Пептиды. 2001; 22:1643–1650. [PubMed] [Google Scholar] 146. Низет В., Охтаке Т., Лаут Х. и др. Врожденный антимикробный пептид защищает кожу от инвазивной бактериальной инфекции. Природа. 2001; 414:454–457. [PubMed] [Google Scholar] 147. Куинн Г.А., Коул А.М. Подавление врожденного иммунитета назальным носительством штамма Staphylococcus aureus увеличивает его колонизацию на эпителии носа.Иммунология. 2007; 122:80–89. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]148. Пешель А., Сахл Х.Г. Коэволюция катионных антимикробных пептидов хозяина и резистентность микробов. Nat Rev Microbiol. 2006; 4: 529–536. [PubMed] [Google Scholar] 149. Пешель А. Как бактерии сопротивляются антимикробным пептидам человека? Тенденции микробиол. 2002; 10: 179–186. [PubMed] [Google Scholar] 150. Lai Y, Villaruz AE, Li M, Cha DJ, Sturdevant DE, Otto M. Человеческий анионный антимикробный пептид дермцидин индуцирует протеолитические защитные механизмы у стафилококков.Мол микробиол. 2007; 63: 497–506. [PubMed] [Google Scholar] 151. Сеправска-Лупа М., Мидель П., Кравчик К. и соавт. Деградация антимикробного пептида человека LL-37 протеиназами, полученными из Staphylococcus aureus . Противомикробные агенты Chemother. 2004; 48: 4673–4679. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]152. Джин Т., Бокарева М., Фостер Т., Митчелл Дж., Хиггинс Дж., Тарковски А. Staphylococcus aureus устойчив к дефенсинам человека за счет продукции стафилокиназы, нового механизма уклонения от бактерий.Дж Иммунол. 2004; 172:1169–1176. [PubMed] [Google Scholar] 153. Li M, Cha DJ, Lai Y, Villaruz AE, Sturdevant DE, Otto M. Антимикробная система обнаружения пептидов aps Staphylococcus aureus . Мол микробиол. 2007;66:1136–1147. [PubMed] [Google Scholar] 154. Пешель А., Джек Р.В., Отто М. и др. Устойчивость Staphylococcus aureus к человеческим дефензинам и уклонение от уничтожения нейтрофилов с помощью нового фактора вирулентности MprF основаны на модификации мембранных липидов L-лизином. J Эксперт Мед.2001; 193:1067–1076. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]155. Перего М., Глейзер П., Минутелло А., Штраух М.А., Леопольд К., Фишер В. Включение D-аланина в липотейхоевую кислоту и стеночную тейхоевую кислоту в Bacillus subtilis . Идентификация генов и регуляция. Дж. Биол. Хим. 1995; 270:15598–15606. [PubMed] [Google Scholar] 156. Peschel A, Otto M, Jack RW, Kalbacher H, Jung G, Gotz F. Инактивация оперона dlt в Staphylococcus aureus придает чувствительность к дефензинам, протегринам и другим противомикробным пептидам.Дж. Биол. Хим. 1999; 274:8405–8410. [PubMed] [Google Scholar] 157. Vuong C, Voyich JM, Fischer ER, et al. Полисахаридный межклеточный адгезин (PIA) защищает Staphylococcus epidermidis от основных компонентов врожденной иммунной системы человека. Клеточная микробиология. 2004; 6: 269–275. [PubMed] [Google Scholar] 158. Хахманн А.Б., Ангерт Э.Р., Хельманн Д.Д. Генетический анализ факторов, влияющих на чувствительность Bacillus subtilis к даптомицину. Противомикробные агенты Chemother. 2009; 53: 1598–1609.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 160. Bader MW, Sanowar S, Daley ME, et al. Распознавание антимикробных пептидов бактериальной сенсорной киназой. Клетка. 2005; 122: 461–472. [PubMed] [Google Scholar] 161. Li M, Lai Y, Villaruz AE, Cha DJ, Sturdevant DE, Otto M. Грамположительная трехкомпонентная антимикробная система обнаружения пептидов. Proc Natl Acad Sci USA. 2007; 104:9469–9474. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]162. Коутс Т., Бакс Р., Коутс А. Назальная деколонизация Staphylococcus aureus мупироцином: сильные и слабые стороны и перспективы на будущее.J Антимикробная химиотерапия. 2009;64:9–15. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]163. Kluytmans J, Harbarth S. Устойчивый к метициллину Staphylococcus aureus деколонизация: «да, мы можем», но поможет ли это? Infect Control Hosp Epidemiol. 2009; 30: 633–635. [PubMed] [Google Scholar] 164. Кисер К.Б., Канти-Кисер Дж.М., Ли Дж.К. Разработка и характеристика модели носовой колонизации Staphylococcus aureus у мышей. Заразить иммун. 1999;67:5001–5006. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]165.Кокай-Кун Дж. Ф. Хлопковая крыса как модель Staphylococcus aureus носовой колонизации у людей: хлопковая крыса S. aureus модель носовой колонизации. Методы Мол Биол. 2008; 431: 241–254. [PubMed] [Google Scholar]

    Продольный генетический анализ динамики носового носительства Staphylococcus aureus в разнообразной популяции | BMC Infectious Diseases

  • 1.

    Chambers HF, Deleo FR: Волны сопротивления: золотистый стафилококк в эпоху антибиотиков. Nat Rev Microbiol. 2009, 7 (9): 629-641.10.1038/nrмикро2200.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 2.

    Klevens RM, Morrison MA, Nadle J, Petit S, Gershman K, Ray S, Harrison LH, Lynfield R, Dumyati G, Townes JM: Инвазивные метициллин-резистентные инфекции Staphylococcus aureus в Соединенных Штатах. ДЖАМА. 2007, 298 (15): 1763-1771. 10.1001/jama.298.15.1763.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 3.

    Kuehnert MJ, Kruszon-Moran D, Hill HA, McQuillan G, McAllister SK, Fosheim G, McDougal LK, Chaitram J, Jensen B, Fridkin SK: Распространенность носовой колонизации Staphylococcus aureus в Соединенных Штатах, 2001–2002 гг. J Infect Dis. 2006, 193 (2): 172-179. 10.1086/499632.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 4.

    Lazo ND, Downing DT: Смесь альфа-спиральной и 3(10)-спиральной конформаций инволюкрина в оболочке эпидермального корнеоцита человека обеспечивает основу для прикрепления как липидов, так и белков.Дж. Биол. Хим. 1999, 274 (52): 37340-37344. 10.1074/jbc.274.52.37340.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 5.

    Steven AC, Steinert PM: Белковый состав ороговевших клеточных оболочек эпидермальных кератиноцитов. Дж. Клеточные науки. 1994, 107 (часть 2): 693-700.

    КАС пабмед Google Scholar

  • 6.

    Williams RE: Здоровое носительство золотистого стафилококка: его распространенность и значение.Bacteriol Rev. 1963, 27: 56-71.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 7.

    Weidenmaier C, Goerke C, Wolz C: детерминанты золотистого стафилококка для колонизации носа. Тенденции микробиол. 2012, 20 (5): 243-250. 10.1016/j.tim.2012.03.004.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 8.

    Миллер М., Кук Х.А., Фуруя Э.Ю., Бхат М., Ли М.Х., Вавагиакис П., Висинтайнер П., Васкес Г., Ларсон Э., Лоуи Ф.Д.: Золотистый стафилококк в сообществе: колонизация против инфекции.ПЛОС Один. 2009, 4 (8): e6708-10.1371/journal.pone.0006708.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 9.

    Wertheim HF, Melles DC, Vos MC, van Leeuwen W, van Belkum A, Verbrugh HA, Nouwen JL: Роль носового носительства при инфекциях Staphylococcus aureus. Ланцет Infect Dis. 2005, 5 (12): 751-762. 10.1016/С1473-3099(05)70295-4.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • 10.

    Kluytmans J, van Belkum A, Verbrugh H: Назальное носительство Staphylococcus aureus: эпидемиология, основные механизмы и сопутствующие риски. Clin Microbiol Rev. 1997, 10 (3): 505-520.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 11.

    Wertheim HF, Vos MC, Ott A, van Belkum A, Voss A, Kluytmans JA, van Keulen PH, Vandenbroucke-Grauls CM, Meester MH, Verbrugh HA: Риск и исход нозокомиальной бактериемии Staphylococcus aureus в носовой полости перевозчики против не перевозчиков.Ланцет. 2004, 364 (9435): 703-705. 10.1016/S0140-6736(04)16897-9.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • 12.

    Eriksen NH, Espersen F, Rosdahl VT, Jensen K: Носительство Staphylococcus aureus среди 104 здоровых людей в течение 19-месячного периода. Эпидемиол инфекции. 1995, 115 (1): 51-60. 10.1017/S0950268800058118.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 13.

    Ху Л., Умеда А., Кондо С., Амако К.: Типирование золотистого стафилококка, колонизирующего носовые носители человека, с помощью гель-электрофореза в пульсирующем поле. J Med Microbiol. 1995, 42 (2): 127-132. 10.1099/00222615-42-2-127.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 14.

    Nouwen JL, Fieren MW, Snijders S, Verbrugh HA, van Belkum A: Постоянное (не периодическое) назальное носительство Staphylococcus aureus является определяющим фактором инфекций, связанных с CPD.Kidney Int. 2005, 67 (3): 1084-1092. 10.1111/j.1523-1755.2005.00174.х.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • 15.

    von Eiff C, Becker K, Machka K, Stammer H, Peters G: Носовое носительство как источник бактериемии Staphylococcus aureus. Исследовательская группа. N Engl J Med. 2001, 344 (1): 11-16. 10.1056/NEJM200101043440102.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 16.

    Робинсон Д.А., Энрайт М.К.: Многолокусное типирование последовательности и эволюция метициллин-резистентного золотистого стафилококка. Клин Микробиол Инфект. 2004, 10 (2): 92-97. 10.1111/j.1469-0691.2004.00768.х.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 17.

    Enright MC, Day NP, Davies CE, Peacock SJ, Spratt BG: Мультилокусное типирование последовательности для характеристики метициллин-устойчивых и метициллин-чувствительных клонов Staphylococcus aureus.Дж. Клин Микробиол. 2000, 38 (3): 1008-1015.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 18.

    Feil EJ, Enright MC: Анализ клональности и эволюции бактериальных патогенов. Curr Opin Microbiol. 2004, 7 (3): 308-313. 10.1016/j.mib.2004.04.002.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 19.

    Shopsin B, Gomez M, Montgomery SO, Smith DH, Waddington M, Dodge DE, Bost DA, Riehman M, Naidich S, Kreiswirth BN: Оценка секвенирования ДНК полиморфной области гена белка А для типирования Staphylococcus aureus штаммы.Дж. Клин Микробиол. 1999, 37 (11): 3556-3563.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 20.

    Harmsen D, Claus H, Witte W, Rothganger J, Claus H, Turnwald D, Vogel U: Типирование метициллин-резистентного Staphylococcus aureus в условиях университетской больницы с использованием нового программного обеспечения для определения повторяемости спа и управления базой данных . Дж. Клин Микробиол. 2003, 41 (12): 5442-5448. 10.1128/JCM.41.12.5442-5448.2003.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 21.

    Корин Л., Рамасвами С.В., Найдич С., Корин И.В., Графф Г.Р., Грависс Э.А., Крейсвирт Б.Н.: Сравнительное секвенирование области, кодирующей серин-аспартатные повторы, гена фактора слипания В ( clfB ) для разрешения внутри клональных групп Золотистый стафилококк . Дж. Клин Микробиол. 2005, 43 (8): 3985-3994. 10.1128/JCM.43.8.3985-3994.2005.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 22.

    Naas T, Fortineau N, Spicq C, Robert J, Jarlier V, Nordmann P: Трехлетнее исследование внебольничного устойчивого к метициллину Staphylococcus aureus, продуцирующего лейкоцидин Panton-Valentine, во французской университетской больнице. Джей Хосп заражает. 2005, 61 (4): 321-329. 10.1016/ж.жхин.2005.01.027.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 23.

    Daum RS, Ito T, Hiramatsu K, Hussain F, Mongkolrattanothai K, Jamklang M, Boyle-Vavra S: Новая кассета устойчивости к метициллину в внебольничных устойчивых к метициллину изолятах Staphylococcus aureus различного генетического происхождения.J Infect Dis. 2002, 186 (9): 1344-1347. 10.1086/344326.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 24.

    Suggs AH, Maranan MC, Boyle-Vavra S, Daum RS: Метициллин-резистентные и погранично-метициллин-резистентные бессимптомные колонии Staphylococcus aureus у детей без идентифицируемых факторов риска. Pediatr Infect Dis J. 1999, 18 (5): 410-414. 10.1097/00006454-1990-00003.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 25.

    Наими Т.С., ЛеДелл К.Х., Комо-Сабетти К., Борхардт С.М., Боксруд Д.Дж., Этьен Дж., Джонсон С.К., Ванденеш Ф., Фридкин С., О’Бойл С.: Сравнение метициллин-резистентной инфекции Staphylococcus aureus, связанной с общественным и медицинским обслуживанием . ДЖАМА. 2003, 290 (22): 2976-2984. 10.1001/jama.290.22.2976.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 26.

    Milheirico C, Oliveira DC, de Lencastre H: Обновление стратегии мультиплексной ПЦР для определения типов элементов mec в Staphylococcus aureus.Противомикробные агенты Chemother. 2007, 51 (9): 3374-3377. 10.1128/ААС.00275-07.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 27.

    Oliveira DC, de Lencastre H: Стратегия мультиплексной ПЦР для быстрой идентификации структурных типов и вариантов элемента mec у метициллин-резистентного золотистого стафилококка. Противомикробные агенты Chemother. 2002, 46 (7): 2155-2161. 10.1128/ААС.46.7.2155-2161.2002.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 28.

    Коул А.М., Деван П., Ганц Т.: Врожденная антимикробная активность носовых выделений. Заразить иммун. 1999, 67 (7): 3267-3275.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 29.

    Muthukrishnan G, Quinn GA, Lamers RP, Diaz C, Cole AL, Chen S, Cole AM: Экзопротеом золотистого стафилококка выявляет предполагаемые детерминанты назального носительства. J Протеом Res. 2011, 10 (4): 2064-2078. 10.1021/пр200029р.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 30.

    Нашев Д., Тошкова К., Саласия С.И., Хассан А.А., Ламмлер С., Зшок М.: Распределение генов вирулентности золотистого стафилококка, выделенного от стабильных назальных носителей. FEMS Microbiol Lett. 2004, 233 (1): 45-52. 10.1016/j.femsle.2004.01.032.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 31.

    Ruimy R, Angebault C, Djossou F, Dupont C, Epelboin L, Jarraud S, Lefevre LA, Bes M, Lixandru BE, Bertine M: Является ли генетика хозяина преобладающей детерминантой персистирующего назального носительства Staphylococcus aureus у людей ?.J Infect Dis. 202 (6): 924-934.

  • 32.

    Wertheim HF, Walsh E, Choudhurry R, ​​Melles DC, Boelens HA, Miajlovic H, Verbrugh HA, Foster T, van Belkum A: Ключевая роль фактора слипания B в колонизации носа Staphylococcus aureus у людей. ПЛОС Мед. 2008, 5 (1): e17-10.1371/journal.pmed.0050017.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 33.

    Weidenmaier C, Kokai-Kun JF, Kristian SA, Chanturiya T, Kalbacher H, Gross M, Nicholson G, Neumeister B, Mond JJ, Peschel A: Роль тейхоевых кислот в колонизации носа Staphylococcus aureus, основной фактором риска внутрибольничных инфекций.Нат Мед. 2004, 10 (3): 243-245. 10,1038/нм991.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 34.

    Weidenmaier C, Kokai-Kun JF, Kulaozovic E, Kohler T, Thumm G, Stoll H, Gotz F, Peschel A: Дифференциальные роли закрепленных сортазой поверхностных белков и стеночной тейхоевой кислоты в колонизации носа Staphylococcus aureus. Int J Med Microbiol. 2008, 298 (5–6): 505–513.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 35.

    Ferry T, Perpoint T, Vandenesch F, Etienne J: Детерминанты вирулентности золотистого стафилококка и их участие в клинических синдромах. Curr Infect Dis Rep. 2005, 7 (6): 420-428. 10.1007/s11908-005-0043-8.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • 36.

    Lamers RP, Stinnett JW, Muthukrishnan G, Parkinson CL, Cole AM: Эволюционный анализ Staphylococcus aureus выявил генетические отношения между назальным носительством и клиническими изолятами.ПЛОС Один. 2011, 6 (1): e16426-10.1371/journal.pone.0016426.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 37.

    VandenBergh MF, Yzerman EP, van Belkum A, Boelens HA, Sijmons M, Verbrugh HA: Наблюдение за носовым носительством Staphylococcus aureus через 8 лет: переопределение состояния постоянного носительства. Дж. Клин Микробиол. 1999, 37 (10): 3133-3140.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 38.

    Huelsenbeck JP, Ronquist F: MRBAYES: Байесовский вывод филогенетических деревьев. Биоинформатика. 2001, 17 (8): 754-755. 10.1093/биоинформатика/17.8.754.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 39.

    Huelsenbeck JP, Ronquist F, Nielsen R, Bollback JP: Байесовский вывод филогении и его влияние на эволюционную биологию. Наука. 2001, 294 (5550): 2310-2314. 10.1126/научн.1065889.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 40.

    Ronquist F, Huelsenbeck JP: MrBayes 3: Байесовский филогенетический вывод в смешанных моделях. Биоинформатика. 2003, 19 (12): 1572-1574. 10.1093/биоинформатика/btg180.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 41.

    Posada D: jModelTest: усреднение филогенетической модели. Мол Биол Эвол. 2008, 25 (7): 1253-1256. 10.1093/molbev/msn083.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 42.

    Хасегава М., Иида Ю., Яно Т., Такайва Ф., Ивабучи М.: Филогенетические отношения между эукариотическими царствами, выведенные из последовательностей рибосомной РНК. Дж Мол Эвол. 1985, 22 (1): 32-38. 10.1007/BF02105802.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 43.

    Feil EJ, Li BC, Aanensen DM, Hanage WP, Spratt BG: eBURST: вывод закономерностей эволюционного происхождения среди кластеров родственных бактериальных генотипов на основе данных мультилокусного типирования последовательности.J Бактериол. 2004, 186 (5): 1518-1530. 10.1128/JB.186.5.1518-1530.2004.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 44.

    Spratt BG, Hanage WP, Li B, Aanensen DM, Feil EJ: Отображение родства между изолятами видов бактерий – подход eBURST. FEMS Microbiol Lett. 2004, 241 (2): 129-134. 10.1016/j.femsle.2004.11.015.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 45.

    Сэнгер Ф., Никлен С., Коулсон А.Р.: секвенирование ДНК с помощью ингибиторов обрыва цепи. Proc Natl Acad Sci USA. 1977, 74 (12): 5463-5467. 10.1073/пнас.74.12.5463.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 46.

    Gomes AR, Vinga S, Zavolan M, de Lencastre H: Анализ генетической изменчивости локусов, связанных с вирулентностью, в эпидемических клонах метициллин-резистентного Staphylococcus aureus. Противомикробные агенты Chemother.2005, 49 (1): 366-379. 10.1128/ААС.49.1.366-379.2005.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 47.

    Gotelli NJ, Ellison AM: A. 2004, Primer Of Ecological Statistics: Sinauer Associates

    Google Scholar

  • 48.

    Ни Эйдхин Д., Перкинс С., Франсуа П., Водо П., Хук М., Фостер Т.Дж.: Фактор склеивания B (ClfB), новый поверхностный фибриноген-связывающий адгезин Staphylococcus aureus.Мол микробиол. 1998, 30 (2): 245-257. 10.1046/j.1365-2958.1998.01050.х.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 49.

    Коул А.М., Тахк С., Орен А., Йошиока Д., Ким Ю.Х., Парк А., Ганц Т.: Детерминанты назального носительства золотистого стафилококка. Clin Diagn Lab Immunol. 2001, 8 (6): 1064-1069.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 50.

    Nouwen J, Boelens H, van Belkum A, Verbrugh H: Человеческий фактор в носовом носительстве Staphylococcus aureus.Заразить иммун. 2004, 72 (11): 6685-6688. 10.1128/ИАИ.72.11.6685-6688.2004.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • 51.

    ван Белкум А., Эмонтс М., Вертхейм Х., де Йонг С., Ноувен Дж., Бартелс Х., Коул А., Коул А., Херманс П., Боэленс Х.: Роль врожденных иммунных факторов человека в колонизации носа стафилококком золотистый. микробы заражают. 2007, 9 (12–13): 1471–1477.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 52.

    Emonts M, Uitterlinden AG, Nouwen JL, Kardys I, Maat MP, Melles DC, Witteman J, Jong PT, Verbrugh HA, Hofman A: Полиморфизм хозяина в интерлейкине 4, факторе комплемента H и С-реактивном белке, связанный с назальным носительством золотистого стафилококка и возникновением фурункулов. J Infect Dis. 2008, 197 (9): 1244-1253. 10.1086/533501.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 53.

    Goslings WR, Buchli K: Назальное носительство устойчивых к антибиотикам стафилококков; влияние госпитализации на носительство у больных и их бытовых контактов.Медицинский стажер AMA Arch. 1958, 102 (5): 691-715. 10.1001/архинт.1958.00260220007002.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 54.

    Nouwen JL, Ott A, Kluytmans-Vandenbergh MF, Boelens HA, Hofman A, van Belkum A, Verbrugh HA: Прогнозирование состояния носового носителя Staphylococcus aureus: вывод и подтверждение «культурального правила». Clin Infect Dis Offic Publ Infect Dis Soc Am. 2004, 39 (6): 806-811. 10.1086/423376.

    Артикул Google Scholar

  • 55.

    Hidron AI, Low CE, Honig EG, Blumberg HM: Появление внебольничного штамма USA300 Staphylococcus aureus, устойчивого к метициллину, как причины некротизирующей внебольничной пневмонии. Ланцет Infect Dis. 2009, 9 (6): 384-392. 10.1016/С1473-3099(09)70133-1.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • 56.

    King MD, Humphrey BJ, Wang YF, Kourbatova EV, Ray SM, Blumberg HM: Появление внебольничного метициллин-резистентного клона Staphylococcus aureus USA 300 как основной причины инфекций кожи и мягких тканей.Энн Интерн Мед. 2006, 144 (5): 309-317. 10.7326/0003-4819-144-5-200603070-00005.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • 57.

    Hofman A, Boerlage PA, Bots ML, Den Breeijen JH, De Bruijn AM, Grobbee DE, Hoes AW, De Jong PT, Koenders MJ, Odding E: [Распространенность хронических заболеваний у пожилых людей; исследование ERGO (Эразмус Роттердам Здоровье и пожилые люди)]. Нед Тайдшр Генескд. 1995, 139 (39): 1975-1978.

    КАС пабмед Google Scholar

  • 58.

    Чен К., Пачтер Л.: Биоинформатика для полногеномного секвенирования микробных сообществ. PLoS Comput Biol. 2005, 1 (2): 106-112.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 59.

    Нашев Д., Тошкова К., Бизева Л., Акинеден О., Ламмлер С., Зшок М.: Распределение генов энтеротоксинов среди носительских и инфекционно-ассоциированных изолятов Staphylococcus aureus. Lett Appl Microbiol. 2007, 45 (6): 681-685. 10.1111/Дж.1472-765Х.2007.02254.х.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 60.

    Van Belkum A, Riewarts Eriksen NH, Sijmons M, Van Leeuwen W, Van den Bergh M, Kluytmans J, Espersen F, Verbrugh H: полиморфизмы коагулазы и протеина A не способствуют персистентности колонизации носа Staphylococcus золотистый. J Med Microbiol. 1997, 46 (3): 222-232. 10.1099/00222615-46-3-222.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 61.

    Nouwen J, Ott A, Boelens H, Van Belkum A, De Marie S, Verbrugh H: Характер курения и уровень глюкозы натощак определяют носовое носительство Staphylococcus aureus. Кандидат наук. Тезис. 2004, Роттердам, Нидерланды: Медицинский центр Университета Эразма

    Google Scholar

  • 62.

    Bogaert D, van Belkum A, Sluijter M, Luijendijk A, de Groot R, Rumke HC, Verbrugh HA, Hermans PW: Колонизация Streptococcus pneumoniae и Staphylococcus aureus у здоровых детей.Ланцет. 2004, 363 (9424): 1871-1872. 10.1016/S0140-6736(04)16357-5.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 63.

    Shinefield HR, Wilsey JD, Ribble JC, Boris M, Eichenwald HF, Dittmar CI: Взаимодействие стафилококковой колонизации. Влияние нормальной назальной флоры и противомикробных препаратов на инокулированный штамм Staphylococcus aureus 502A. Am J Dis Чайлд. 1966, 111 (1): 11-21.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • 64.

    Ивасе Т., Уэхара Ю., Синдзи Х., Тадзима А., Сео Х., Такада К., Агата Т., Мидзуноэ Ю.: Staphylococcus epidermidis Esp ингибирует образование биопленки Staphylococcus aureus и колонизацию носа. Природа. 465 (7296): 346-349.

  • 65.

    Регев-Йохай Г., Даган Р., Раз М., Кармели Ю., Шайнберг Б., Деразне Э., Рахав Г., Рубинштейн Э.: Связь между носительством Streptococcus pneumoniae и Staphylococcus aureus у детей. ДЖАМА. 2004, 292 (6): 716-720. 10.1001/jama.292.6.716.

    КАС Статья пабмед Google Scholar

  • Границы | Воздушное распространение метициллин-резистентного золотистого стафилококка со свинофермы

    Введение

    Сельскохозяйственные животные являются резервуаром для передачи связанного с домашним скотом метициллин-резистентного Staphylococcus aureus (LA-MRSA) человеку (1–3).Путь передачи вызывает серьезную озабоченность в ряде европейских стран, особенно в странах с низким уровнем заболеваемости MRSA среди людей и в крупных свиноводческих хозяйствах. В Дании доля стад свиней с положительным результатом на LA-MRSA резко увеличилась с момента первых обнаружений в 2008 г., достигнув 95% в 2019 г. (4), и в то же время наблюдается резкий рост случаев заболевания людей LA-MRSA. В первую очередь это касалось лиц, имевших непосредственный контакт со свинофермами; например, сельскохозяйственные рабочие и члены семьи. Однако примерно одна треть инфекций LA-MRSA в Дании не связана с непосредственным контактом с домашним скотом (5, 6).В 2019 г. было зарегистрировано 1122 новых случая LA-MRSA человека, включая как клинические случаи, так и бессимптомных носителей. Среди новых случаев LA-MRSA 34% инфекций и 11% колонизаций не были связаны с непосредственным контактом с домашним скотом соответственно (4). Передача людям, не контактировавшим с домашним скотом, скорее всего, происходит при контакте с людьми, но также может быть результатом распространения LA-MRSA в окружающей среде со свиноферм.

    LA-MRSA у датских свиней почти исключительно принадлежит к клональному комплексу (CC) 398, в котором преобладают spa типа t011 и t034, отрицательные по лейкоцидину Пантона-Валентайна (PVL) и не несущие ген scn в качестве маркера фаг, кодирующий кластер уклонения от иммунного ответа человека (IEC).Было показано, что стафилококки связаны с частицами пыли на свинофермах (7), а LA-MRSA можно культивировать из частиц пыли более чем через 30 дней после отбора проб (8). Показано, что передача LA-MRSA людям-добровольцам при кратковременном пребывании на контаминированной свиноферме зависит от концентрации LA-MRSA в воздухе и только у 95 % добровольцев дает временное заражение (9). ). В том же исследовании сообщалось об уровнях MRSA в воздухе на одной свиноферме в помещениях с поросятами-отъемышами от 24 до 5 лет.452 КОЕ/м 91 467 3 91 468 и еще одно исследование на пяти свинофермах показало концентрацию LA-MRSA в воздухе от 21 до 517 КОЕ/м 91 467 3 91 468 (10). Исследование, проведенное в Германии, показало, что малые концентрации LA-MRSA можно обнаружить в пробах воздуха вблизи фермы и в пробах почвы, взятых на расстоянии до 300 метров от свиноферм (11). Имеется лишь ограниченная информация о степени переносимых по воздуху LA-MRSA от свиноферм и о предполагаемом риске передачи вируса людям, находящимся на фермах, что вызвало обеспокоенность в некоторых общинах, соседствующих со свинофермами.

    Целью настоящего исследования является количественная оценка распространения MRSA воздушно-капельным путем на свиноферме с положительным результатом на LA-MRSA. Для этого был применен метод отбора проб больших объемов воздуха промышленным пылесосом, работающим как импинджер (12). Результаты сравнивались с метеорологическими данными и бактериологическими исследованиями проб почвы и людей, участвовавших в процессе отбора проб.

    Материалы и методы

    Описание фермы

    Исследование проводилось на свиноферме с положительной реакцией на LA-MRSA, где содержалось около 2500 поросят-отъемышей.Здание (дополнительный рисунок 1) состоит из 11 секций, в восьми из которых размещаются отъемыши в возрасте 4–12 недель. В каждой секции содержались поросята, родившиеся на одной неделе, которые были перевезены с свиноматки, расположенной в 2 км. Три секции содержали только финишеров. В каждой секции отъемышей было по 10 загонов, в каждом из которых содержалось 30–40 поросят. В каждой секции было по две вентиляционные шахты, за исключением двух помещений для доращивания, в которых была только одна вентиляционная шахта.

    Ближайшая свиноферма находилась в 860 м к юго-востоку от исследовательской фермы.

    Описание метода отбора проб

    Ферму посетили пять раз с октября по декабрь 2018 г. В ходе двух посещений процедуру отбора проб проводили дважды (утром и вечером), в результате чего в исследование было включено в общей сложности семь проб. Биоаэрозоли собирали из выпускных отверстий вентиляционной системы фермы и с территории вокруг фермы пылесосами Kärchner DS5800, работающими как импинджеры, как описано ранее (12, 13). Отбор проб проводили, как описано Jang et al.(13) с 2 л PBS в вихревой камере и пылесосом, работающим с расходом 1,5 м 3 /мин.

    Для сбора биоаэрозолей из выпускных отверстий системы вентиляции фермы вход пылесоса был соединен с трубой из углеродного волокна (длина 9 м, диаметр 4,5 см), чтобы можно было добраться до выпускных отверстий на крыше фермы. В течение 15 минут отбирали пробы четырех активных выходов вентилятора.

    При каждом отборе проб собирали биоаэрозоли с подветренной стороны фермы на расстоянии 50, 100, 200 и 300 м от построек.Фактическое направление ветра на ферме, используемой для размещения импинжеров в начале дня отбора проб, было основано на местном прогнозе погоды Датского метеорологического института и наблюдениях на местности. На каждом из расстояний 50, 100 и 200 м по четыре пылесоса располагались перпендикулярно направлению ветра на расстоянии ~27, 33 и 44 м соответственно, а два пылесоса располагались на расстоянии 300 м с расстоянием между ними 56 м. Кроме того, один пылесос был размещен в 50 м с наветренной стороны (дополнительный рисунок 1).Пылесосы были размещены ~1,5 м над уровнем земли на площадке над стремянкой, соответствующей высоте забора воздуха человеком, и работали в течение 3 ч с расходом 1,5 м 3 /мин, при этом каждая проба собирала частицы из 270 м 3 воздуха.

    После каждого отбора проб содержимое вихревой камеры PBS переносили во флаконы Bluecap, хранили при 4°C и доставляли в лабораторию для анализа в течение 24 часов. Между событиями отбора проб вихревую камеру промывали 70% этанолом в течение 5 минут, а затем промывали стерильной деионизированной водой.

    Количественное определение MRSA в пробах воздуха за пределами фермы

    MRSA в жидких образцах определяли путем фильтрации 10, 100 и 1000 мл через поликарбонатные мембраны 0,4 мкм (Microfunnel, Pall Corporation). Фильтры переносили на чашку с агаром Brilliance MRSA 2 (Oxoid). Кроме того, 0,5 мл образца инокулировали на каждую из двух чашек с агаром MRSA 2. Чашки с агаром инкубировали при 35°C в течение 22–24 ч и подсчитывали MRSA-положительные колонии. MRSA был идентифицирован как колонии синего цвета джинсовой ткани.Для молекулярной проверки отбирали одну колонию из каждого образца, взятую с чашки с агаром с наименьшим количеством MRSA-подобных колоний. Все субкультуры MRSA были проверены с помощью ПЦР, обнаруживающей mecA, lukF-PV, scn , CC398- hsd и spa с последующим типированием spa (14). LA-MRSA был идентифицирован по наличию ампликонов mecA , CC398- hsd и spa и отсутствию lukF-PV .

    Были проведены эксперименты по изучению стабильности MRSA в буфере PBS, используемом для отбора проб воздуха.Для проверки роста MRSA в полевых условиях полевой штамм MRSA CC398 (изолят 55-109-3106) добавляли к PBS до конечной концентрации 10 2 КОЕ/мл. Количество MRSA определяли по десятикратным разведениям на чашках с агаром MRSA 2 через 0, 1, 6 и 24 ч инкубации при 4°C.

    Отбор проб воздуха на ферме

    Пробы

    MRSA, переносимого по воздуху на ферме, отбирали на желатиновых фильтрах с помощью пробоотборника воздуха AirPort MD8 (Sartorius, Германия) при скорости потока 50 л/мин. Пробоотборник воздуха удерживался на высоте ~1 м.5 м над полом. На каждый желатиновый фильтр отбирали от 100 до 500 л воздуха, который впоследствии переносили на чашку с агаром MRSA 2, к которой фильтр прилипал и растворялся. Отбор проб воздуха производился дважды в каждой секции. Чашки с агаром MRSA 2 инкубировали при 35°C в течение 22–24 ч, начиная примерно через 3 ч после выезда с фермы. Подсчитывали количество колоний и рассчитывали концентрацию MRSA в воздухе. Одна предполагаемая колония MRSA на чашке с агаром была подтверждена как LA-MRSA, как описано выше.

    Испытание образцов человека

    От трех до шести человек участвовали в процедурах отбора проб во время посещения фермы, где они находились на расстоянии 0–400 метров от фермы в среднем 10.5 ч (диапазон 6–13 ч). Никто из них не заходил на ферму и не имел прямого контакта со свиньями. При всех отборах одна и та же особь забиралась на крышу, чтобы установить сборную трубу в вентиляционные отверстия.

    У всего персонала, участвовавшего в отборе проб, были взяты пробы из носа путем пятикратного вращения eSwab™ (Copan) в передней части каждой ноздри. Образцы из носа брали сразу после прибытия на ферму и непосредственно перед отъездом с фермы. Все образцы хранили при 4°C до культивирования на следующее утро.Всего после посещения ферм было взято 25 образцов из носа. Присутствие LA-MRSA определяли путем прямого культивирования на чашках с агаром Brilliance MRSA 2 или после обогащения, а предполагаемый LA-MRSA подтверждали с помощью ПЦР, как описано ранее (14).

    Образцы носков

    Образцы носка

    (Abena, полипропилен, арт. № 210854) отбирали на расстоянии 50, 100, 200, 300 и 400 м по ветру от фермы и 50 м против ветра. Образцы почвы собирали, надев на один ботинок чистый пластиковый носок, а затем собирающий носок и пройдя 25 метров перпендикулярно прямой видимости фермы.Места отбора проб определялись положением пылесосов (см. Дополнительный рисунок 1), а на 400 м начальная точка определялась направлением ветра, как и на других дистанциях. Носки переносили в индивидуальные стерильные пластиковые пакеты и оставляли на ночь в охлаждаемом контейнере для хранения.

    Образцы

    носков переносили в бульон Мюллера-Хинтона (Sigma) с добавлением 6,5% NaCl для обогащения в течение ночи при 35°C с последующим распределением 10 мкл на чашках с агаром Brilliance MRSA 2.Планшеты считывали через 20–24 ч инкубации при 35°C, и джинсовая колония из каждого образца была подтверждена как LA-MRSA с помощью ПЦР, как описано выше.

    Метеорологические данные

    Скорость ветра, направление ветра, турбулентность и температура измерялись ультразвуковым прибором (10 Гц Metek, USA-1) на мачте на высоте 4,14 м над землей. Мачта была установлена ​​примерно в 35 м к югу от хозяйственной постройки. Данные ультразвука можно использовать только для направлений ветра от 120 до 255 градусов из-за помех от растительности и фермы.Для других направлений ветра применялись метеорологические данные погодной модели WRF из точки сетки в 25 км к востоку от фермы. WRF (Weather Research and Forecasting model) — система численного прогнозирования погоды, разработанная Национальным центром атмосферных исследований США (NCAR) и другими (https://www.mmm.ucar.edu/weather-research-and-forecasting-model ). Метеорологические данные использовались для оценки ширины ветрового шлейфа от ферм во время отбора проб. Ширина шлейфа определяется как размах направлений ветра в течение каждого из трехчасовых экспериментов и рассчитывается как размах трех часовых средних значений направления ветра ± 5 градусов.

    Результаты

    Бактериальные изоляты

    Все изоляты MRSA принадлежали к CC398, несли ген mecA , были отрицательными по scn и PVL и принадлежали к любому из spa типов t011 или t034.

    Отбор проб воздуха на ферме

    Во время одного из посещений концентрация переносимого по воздуху LA-MRSA была измерена дважды в 11 секциях свиней, в восьми из которых содержались поросята в возрасте от 1 до 8 недель после отъема и в трех содержались поросята-откормщики.Количество переносимых по воздуху LA-MRSA было самым высоким в отделениях, где содержались поросята через 2–3 недели после отъема, и самым низким в секциях откорма (рис. 1). Используя данные системы вентиляции, количество LA-MRSA (КОЕ/ч), выбрасываемых из шахт вентиляторов, рассчитывали и сравнивали с соответствующими данными, полученными из активных шахт вентиляторов, пробы которых были взяты снаружи. Выявлена ​​сильная статистически значимая корреляция ( p = 0,01; корреляция Пирсона) между значениями, измеренными внутри и в вентиляционной шахте снаружи хозяйственного здания (рис. 2).

    Рисунок 1 . Концентрация переносимого по воздуху LA-MRSA (средние значения двух измерений) внутри хлева среди групп поросят разного возраста. КОЕ, колониеобразующие единицы; фин., откормочные свинки.

    Рисунок 2 . Концентрация переносимого по воздуху LA-MRSA измерялась внутри и из вентиляционной шахты за пределами свинофермы. Данные по двум осям измеряются разными методами: желатиновые фильтры (внутри) и сбор PBS (снаружи). КОЕ, колониеобразующие единицы; R — коэффициент корреляции Пирссона.

    Скорость ветра, направление и температура

    Скорость ветра, его направление и температура в пять дней отбора проб приведены в таблице 1. Как и ожидалось, в первый и последний раз скорость ветра, измеренная ультразвуком, была намного ниже скорости ветра модели WRF из-за эффект подветренной стороны от фермы. В три других дня скорости WRF были немного выше, потому что данные были получены с высоты 10 м. Направление ветра соответствовало двум разным наборам данных и колебалось от 129 до 302°.Направление ветра было почти одинаковым для первого и последнего пробоотбора, в то время как в других случаях оно различалось. В период отбора проб температура колебалась от 5 до 16°С.

    Таблица 1 . Скорость ветра (м/с), направление ветра (градусы) и температура (°C), рассчитанные по ультразвуковым данным (4,1 м) и по модели погоды (WRF, 10 м).

    Измерения MRSA в полевых пробах воздуха

    Результаты количественного определения LA-MRSA в пробах воздуха из выпускных отверстий системы вентиляции фермы и в воздухе вокруг фермы обобщены в рамке и на диаграмме «усы», показанной на рисунке 3.Из рисунка видно, что концентрация LA-MRSA в пробах воздуха снизилась с 10,9 КОЕ/м 3 в вентиляционной шахте (медианные значения) до 0,085 КОЕ/м 3 на расстоянии 50 м в шлейфа на высоте 1,5 м над поверхностью почвы, что соответствует уменьшению в 128 раз, и далее до значения близкого к нулю на расстоянии 300 м. Разброс данных по концентрации LA-MRSA, обнаруженный на выходе из вентиляционной системы фермы, был значительным и варьировал от 0 (пустой хлев) до 929 КОЕ/м 3 .Данные не были нормально распределены. Кроме того, оказывается, что LA-MRSA в значительной степени присутствует в воздушном шлейфе фермы, поскольку концентрация, обнаруженная в шлейфе на всех расстояниях от фермы, была значительно выше, чем концентрация, обнаруженная вне шлейфа (U-тесты Манна-Уитни; ). р < 0,01). На 50 м оценочное медианное значение составило 0,085 КОЕ MRSA/м 91 467 3 91 468 в шлейфе (мин-макс: 0,052–0,355) по сравнению с оценочным медианным значением 0,009 КОЕ/м 91 467 3 91 468 вне шлейфа (мин-макс: 0–0.343). Варьирование было намного ниже на больших расстояниях, где в воздухе было обнаружено лишь несколько MRSA. Биоаэрозоли, собранные в 50 м с подветренной стороны от фермы, не содержали MRSA. Мы не обнаружили простых взаимосвязей между скоростью ветра, направлением ветра или температурой и распространением MRSA в воздухе. Примеры этих наблюдений показаны на дополнительном рисунке 2. Указанные шлейфы ветра являются средними значениями за весь период наблюдений и представляют направления ветра, которые могут постоянно меняться.

    Рисунок 3 . Концентрация LA-MRSA измерялась за пределами свинофермы. −50: измерения в 50 м с подветренной стороны от вентиляционных отверстий, 0: измерения от вентиляционных шахт (не включая измерения от пустых конюшен), 50–300: измерения с подветренной стороны от фермы. Концентрация, обнаруженная в шлейфе на всех расстояниях от фермы, была значительно выше, чем концентрация, обнаруженная вне шлейфа (U-критерий Манна-Уитни; p < 0,01).

    В тестах на стабильность было обнаружено, что после добавления 10 2 КОЕ/мл LA-MRSA к буферу PBS количество КОЕ было стабильным в течение 24 часов при 4°C.

    LA-MRSA в образцах носков

    LA-MRSA был обнаружен в образцах носков, взятых с поверхности почвы на расстоянии до 400 м от хозяйственных построек. Процент положительных образцов MRSA значительно уменьшился с ~ 80 до 30% по мере удаления от фермы (критерий хи-квадрат, p <0,05), как показано на рисунке 4. С наветренной стороны от фермы только один из образцов носков ( 12,5%) был признан положительным на MRSA.

    Рисунок 4 . LA-MRSA обнаружен в образцах носков за пределами свинофермы с использованием данных из семи образцов. N = количество выборок на каждом расстоянии.

    LA-MRSA в образцах из носа человека

    Всего после посещений фермы было взято 25 образцов из носа у 6 человек. Все участники были отрицательными на MRSA по прибытии на ферму, а два образца (8%) были положительными на LA-MRSA при отъезде с фермы. В обоих случаях это был один и тот же человек, который находился в тесном контакте с вентиляционными шахтами во время отбора проб.

    Обсуждение

    Исследуемая ферма была положительной на LA-MRSA как минимум с 2014 г. (9) и является репрезентативной для большинства датских свиноферм, где в 2019 г. 95% из 73 протестированных ферм были положительными (4).Большое количество ферм с положительным результатом на MRSA вызвало беспокойство у людей, живущих поблизости от свиноферм или проходящих мимо них. Наше исследование показывает, что LA-MRSA действительно присутствует в воздухе, собранном на расстоянии до 300 м от ферм, но также и то, что концентрация резко снижается по мере удаления от фермы и является очень низкой (0,085 КОЕ/м 3 на расстоянии 50 м). В соответствии с настоящим исследованием, немецкое исследование выявило только низкие концентрации (2–14 КОЕ/м 3 ) MRSA в пробах воздуха на расстоянии 50–150 метров по ветру от свинофермы (11).Различия в концентрациях MRSA по сравнению с настоящим исследованием могут быть связаны с различиями в размере фермы, распространенностью MRSA, количеством и составом частиц пыли, скоростью ветра в дни отбора проб и расположением точек отбора проб относительно шлейф ветра.

    Кроме того, уровень MRSA на свиноводческих фермах значительно варьируется в зависимости как от возраста свиней, так и от их активности, колеблясь на одной и той же ферме от 24 до 5,452 КОЕ/м 3 в отделениях отъема с самыми высокими показателями среди поросят 4 -5 недель после отъема и связано с высоким уровнем активности (9).Вероятно, также будут большие различия в уровне выделения между разными фермами в зависимости от размера стада, вентиляции и уровня LA-MRSA у свиней.

    Наш количественный анализ LA-MRSA, выделяемого свинофермой, показал взаимосвязь между уровнем MRSA, измеренным на свиноферме, и в шахтах вентиляторов, однако также оказалось, что уровни MRSA внутри фермы были в три раза выше, чем в шахтах вентиляторов. что может быть результатом разбавления, вызванного наружным воздухом, поскольку пробы были собраны в верхней части шахт.

    Для количественного определения переносимых по воздуху микроорганизмов применялся ряд методов отбора проб, например, сдавливание, импинджмент и фильтрация (15). Фильтрационный отбор проб является широко используемым методом, но может привести к потере жизнеспособности из-за стресса высыхания во время отбора проб. В этом исследовании мы попытались свести к минимуму стресс от высыхания, используя два метода отбора проб в помещении (с высоким уровнем MRSA) и на открытом воздухе (с низким уровнем MRSA) соответственно. Было продемонстрировано, что импинджер с высокой скоростью потока, используемый для отбора проб MRSA на открытом воздухе, собирает большинство переносимых по воздуху частиц в диапазонах размеров, аналогичных наблюдаемым для бактерий.Кроме того, Santl-Temkiv et al. (12) импинджер Kärcher имеет преимущества для отбора проб атмосферных бактерий из окружающей среды по сравнению с другими испытанными импинджерами благодаря высокой скорости потока, а также сравнительно высокой эффективности удерживания и возможности длительного времени отбора проб. Кроме того, было показано, что импинджер сохранял метаболическую активность и жизнеспособность исследуемых бактерий при периодах отбора проб от 2 до 5 часов (12). Для краткосрочного отбора проб на ферме бактерии отбирали на желатиновый фильтр с последующей инкубацией непосредственно на агаре, селективном по отношению к MRSA.Ранее сообщалось, что этот метод имеет хорошую эффективность (7, 10, 16). Несмотря на то, что оба метода продемонстрировали благоприятные свойства в отношении выживания бактерий, использование двух разных методов может повлиять на сравнение количества MRSA в воздухе внутри и снаружи фермы (как показано на рис. 2).

    По мере удаления от фермы уровень MRSA, измеренный в воздухе, резко снижался и в значительной степени зависел от того, производился ли отбор проб внутри или снаружи предполагаемых шлейфов ветра (рис. 3).Эти наблюдения, вероятно, в основном отражают эффект разбавления бактерий, поскольку время переноса в воздухе, вероятно, слишком короткое, чтобы существенно повлиять на жизнеспособность бактерий. В некоторых случаях концентрация КОЕ за пределами ветрового шлейфа была относительно высокой, что могло быть связано с неправильным определением ветрового шлейфа, из-за неопределенности определенного направления ветра или сложного обтекания зданий. Все измерения, представленные в этой статье, были выполнены осенью, когда ультрафиолетовое излучение и высокие температуры могут в меньшей степени влиять на разложение бактерий, чем летом, когда можно было бы ожидать разложения (17).

    Аналогичная зависимость от расстояния до фермы наблюдалась для образцов носков, где только несколько образцов носков были обнаружены положительными в 400 метрах от фермы. Это соответствует наблюдению Schulz et al. (11) где MRSA был обнаружен с низкой частотой в образцах почвы на расстоянии до 300 метров от свиноферм. Поскольку MRSA постоянно откладываются в окрестностях фермы каждый день в течение года, эти низкие уровни могут указывать на то, что MRSA имеет ограниченную выживаемость на поверхности почвы. Присутствие MRSA в почве также может быть связано с распространением навоза, содержащего MRSA, с фермы.Навоз был разбросан по почве ранней весной, почти за 6 месяцев до начала отбора проб, и поэтому не являлся очевидным источником LA-MRSA в почве. Предыдущие исследования показали небольшое накопление бактерий в почве фермы, где навоз был внесен рано (18), поэтому этот эффект считается незначительным, тогда как другие переносчики, такие как грызуны и мухи, могут влиять на распространение LA-MRSA в окрестностях фермы.

    Попытка интерпретировать эти результаты в оценках риска, чтобы ответить на общественный интерес, является трудной задачей.Даже несмотря на то, что на расстоянии 50 метров от свинофермы наблюдались только низкие уровни MRSA, можно предположить, может ли это вызывать общественное беспокойство. Ранее было показано, что передача LA-MRSA людям-добровольцам зависит от концентрации MRSA в воздухе (9). Однако было обнаружено, что назальное заражение LA-MRSA носит преходящий характер после кратковременного (1 ч) пребывания на свиноферме с положительным результатом на LA-MRSA. Предварительный вывод заключается в том, что колонизация человека зависит от многократного воздействия LA-MRSA в течение продолжительных периодов времени и не будет наблюдаться в краткосрочных исследованиях.В другом датском исследовании добровольцы были отобраны в пяти различных стадах свиней, чтобы оценить переносимую по воздуху дозу MRSA, необходимую для носовой колонизации после пребывания в свиноводческом отделении в течение 1 часа. Также здесь было обнаружено, что колонизация носит временный характер, и было невозможно установить стабильную оценку дозы колонизации, в основном из-за высокой вариабельности измерений переносимого по воздуху MRSA (10).

    В ходе настоящего исследования образцы из носа были получены от людей, участвовавших в мероприятиях по сбору образцов на ферме.При каждом отборе проб они находились в среднем 10,5 ч вне здания фермы и на расстоянии до 400 м от фермы, большую часть времени на расстоянии около 50–100 м от фермы, где было собрано большинство проб. Из 25 образцов из носа, собранных сразу после периода отбора проб, только два образца оказались положительными на LA-MRSA, оба получены от одного человека, который брал пробы из вентиляционных шахт. Это указывает на то, что степень контаминации LA-MRSA людей, находящихся в окрестностях свинофермы, ограничена и носит временный характер.В подтверждение этого было показано, что проживание на расстоянии до 2 км от свинофермы не увеличивает риск заражения LA-MRSA по сравнению с проживанием на расстоянии до 5 км (19).

    В заключение, наше исследование показывает низкий уровень MRSA в пробах воздуха, взятых в окрестностях свинофермы с положительным результатом на LA-MRSA. Таким образом, интерпретация данных заключается в том, что только люди, живущие в непосредственной близости (<50 м) или на ферме, могут подвергаться воздействию LA-MRSA в количествах, которые могут вызывать озабоченность.Риск распространения LA-MRSA с поверхности почвы к человеку остается без ответа в нашем исследовании, но кажется довольно спекулятивным.

    Заявление о доступности данных

    Оригинальные вклады, представленные в исследовании, включены в статью/дополнительный материал, дальнейшие запросы можно направлять соответствующему автору/ам.

    Заявление об этике

    Сбор бактерий из носовых образцов участников-людей был рассмотрен Национальным комитетом по этике исследований в области здравоохранения (журнал №.H-21000591), который пришел к выводу, что для этого проекта можно отказаться от этического одобрения. Информированное согласие было получено от всех участников.

    Авторские взносы

    ØA: концептуализация исследования, полевой отбор проб, анализ данных и написание первоначального проекта. MN: концептуализация исследования, выборка в полевых условиях, чтение и редактирование рукописи. PL: анализ данных, чтение и редактирование рукописи. AL: концептуализация изучения, чтения и редактирования рукописи. NH: концептуализация исследования, полевой отбор проб, чтение и редактирование рукописи.Все авторы внесли свой вклад в статью и одобрили представленную версию.

    Финансирование

    Эта работа была поддержана Министерством окружающей среды и продовольствия Дании через Датское агентство сельскохозяйственного рыболовства (33010-NIFA-14-612).

    Конфликт интересов

    Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

    Благодарности

    Авторы благодарят Миккеля Кристенсена, Пию Туро Хансен, Маргрет Карлсен, Тину Тейн и Таню Бегович за квалифицированную техническую помощь.Авторы хотели бы поблагодарить Ларса Богё Йенсена (умершего) за его вклад в рукопись до подачи. Авторы также хотели бы поблагодарить Дэвида Фаурдала, Франсиско Фернандо Кальво Артавиа, Анну Ирен Ведель Соренсен и Ульриха Гозевинкеля за практическую помощь во время отбора проб на ферме. Ханс Якобсен, факультет биологических наук Орхусского университета, выражает признательность за помощь в рисовании фигур. Особая благодарность Серену Ларсену за предоставление доступа к его свиноферме.

    Дополнительный материал

    Дополнительный материал к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fvets.2021.644729/full#supplementary-material

    Ссылки

    1. Graveland H, Wagenaar JA, Heesterbeek J, Mevius D, Van Duijkeren E, Heederik DJJ. Устойчивый к метициллину Staphylococcus aureus ST398 в разведении телят: носительство MRSA у человека связано с применением противомикробных препаратов для животных и гигиеной фермы. ПЛОС ОДИН. (2010) 5:e10990. doi: 10.1371/journal.pone.0010990

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    2.Grøntvedt CA, Elstrøm P, Stegger M, Skov RL, Skytt Andersen P, Larssen KW, et al. Метициллин-резистентный штамм Staphylococcus aureus CC398 у людей и свиней в Норвегии: точка зрения «Единое здоровье» на интродукцию и передачу. Clin Infect Dis. (2016) 63:1431–8. doi: 10.1093/cid/ciw552

    Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

    3. van Duijkeren E, Hengeveld P, Zomer TP, Landman F, Bosch T, Haenen A, et al. Передача MRSA между людьми и животными на фермах по разведению уток и индеек. J Антимикробная химиотерапия. (2016) 71:58–62. doi: 10.1093/jac/dkv313

    Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

    4. ДАНМАП. Использование противомикробных агентов и возникновение устойчивости к противомикробным препаратам у бактерий, полученных из пищевых животных, пищевых продуктов и человека в Дании . (2019).

    Google Scholar

    5. Ларсен Дж., Петерсен А., Сёрум М., Стеггер М., ван Альфен Л., Валентинер-Брант П. и соавт. Метициллин-резистентный Staphylococcus aureus CC398 является растущей причиной заболевания у людей, не контактирующих с домашним скотом в Дании, с 1999 по 2011 год. Евронаблюдение . (2015) 20:30021. doi: 10.2807/1560-7917.ES.2015.20.37.30021

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    6. Ларсен Дж., Петерсен А., Ларсен А.Р., Зибер Р.Н., Стеггер М., Кох А. и соавт. Датская группа по изучению MRSA. Возникновение инфекций кровотока, вызванных метициллин-резистентным золотистым стафилококком, связанным с домашним скотом, в Дании. Clin Infect Dis. (2017) 65:1072–6. doi: 10.1093/cid/cix504

    Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

    7.Чжао И, Аарнинк А.Дж., Де Йонг М.С., Грут Керкамп П.В. Микроорганизмы, переносимые по воздуху из систем животноводства, и их связь с пылью. Crit Rev Environ Sci Technol. (2014) 44:1071–128. дои: 10.1080/10643389.2012.746064

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    9. Angen Ø, Feld L, Larsen J, Rostgaard K, Skov R, Madsen AM, et al. Передача метициллин-резистентного Staphylococcus aureus людям-добровольцам, посещающим свиноферму. Appl Environ Microbiol. (2017) 83:e01489–17. doi: 10.1128/AEM.01489-17

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    10. Анген О., Скейд Л., Урт Т.Р., Андерссон М., Бэкбо П., Ларсен А.Р. Контроль передачи MRSA людям во время краткосрочных посещений свиноферм с использованием пылезащитных масок. Передний микробиол. (2019) 9:3361. doi: 10.3389/fmicb.2018.03361

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    11. Schulz J, Friese A, Klees S, Tenhagen BA, Fetsch A, Rösler U, et al.Продольное исследование загрязнения воздуха и поверхности почвы вблизи свинарников устойчивыми к метициллину Staphylococcus aureus , связанными с домашним скотом. Appl Environ Microbiol . (2012) 78:5666–71. doi: 10.1128/AEM.00550-12

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    12. Сантл-Темкив Т., Амато П., Гозевинкель У.Б., Тирхауг Р., Чартон А., Шико Б. и соавт. Импинджер с высокой скоростью потока для изучения концентрации, жизнеспособности, метаболической активности и активности льдообразования переносимых по воздуху бактерий. Environ Sci Techn. (2017) 51:11224–34. doi: 10.1021/acs.est.7b01480

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    13. Jang J, Hendriksen NB, Jakobsen HH, Gosewinkel U. Применение проточного цитометра Cytosense для анализа переносимых по воздуху бактерий, собранных с помощью пробоотборника большого объема. J Микробиологические методы. (2018) 154:63–72. doi: 10.1016/j.mimet.2018.10.012

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    14.Ислам М.З., Эспиноса-Гонгора С., Дамборг П., Зибер Р.Н., Мунк Р., Хастед Л. и др. Лошади в Дании являются резервуаром разнообразных клонов устойчивых к метициллину и восприимчивых к метициллину Staphylococcus aureus . Передний микробиол . (2017) 8:543. doi: 10.3389/fmicb.2017.00543

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    15. Гриншпун С., Бюттнер М., Майнелис Г., Виллеке К. Отбор проб микроорганизмов в воздухе. В: Йейтс, М., Накацу, К., Миллер, Р., Пиллаи, С., редакторы. Руководство по микробиологии окружающей среды . 4-е изд. Вашингтон, округ Колумбия: ASM Press (2016). п. 3.2.2 1–17.

    Google Scholar

    17. Сметс В., Моретти С., Денис С., Лебер С. Бактерии, переносимые по воздуху в атмосфере: наличие, цель и потенциал. Атмосферная среда. (2016) 139:214–21. doi: 10.1016/j.atmosenv.2016.05.038

    Полнотекстовая перекрестная ссылка | Google Scholar

    18. Сенгелов Г., Агерсо Ю., Халлинг-Соренсен Б., Балода С.Б., Андерсен Дж.С., Йенсен Л.Б.Уровни устойчивости бактерий к антибиотикам на сельскохозяйственных угодьях Дании в результате обработки навозной жижей свиней. Окружающая среда, международный (2003) 28:587–95. doi: 10.1016/s0160-4120(02)00084-3

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    19. Anker JCH, Koch A, Ethelberg S, Mølbak K, Larsen J, Jepsen MR. Расстояние до свиноферм как фактор риска заражения MRSA CC398, связанного с домашним скотом, среди людей, не контактировавших со свинофермами – общенациональное исследование. Зоонозы Общественное здравоохранение. (2018) 65:352–60. doi: 10.1111/zph.12441

    Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Google Scholar

    Детальное исследование микробиома кожи и носа свиньи с использованием универсальных и стафилококковых праймеров

    Сбор образцов

    Образцы свиней были получены на коммерческой бойне (Danish Crown, Ringsted, Дания) сразу после оглушения в контролируемой атмосфере CO 2 но до эвтаназии.У каждого животного (n = 30) брали образцы за одним ухом, в носу и на вентральной и дорсальной поверхности кожи с использованием отдельных ESwabs (Copan Diagnostics Inc., Мурриета, Калифорния, США), всего 120 образцов. Ухо брали тремя скользящими движениями за ушной раковиной, нос – вращательным движением на ~1 см внутри каждой из ноздрей и на двух поверхностях кожи – тремя последовательными движениями на ~3 см в одном и том же месте. Все обращение с животными осуществлялось в соответствии с правилами Министерства юстиции Дании.

    Образцы норок, некоторые положительные и некоторые отрицательные на MRSA, были получены в ходе плановой диагностики клинических норок, отправленных в DTU-VET. Образцы мазков из горла были получены, как описано Hansen et al. . 2 .

    AS тафилококк контроль был получен путем смешивания культур S. aureus (как устойчивых, так и чувствительных к метициллину) , S. cohnii, S. delphini, S. equorum, S. epidermidis, S. haemolyticus, S. .hyicus, С. schleiferi, С.sciuri, S. succinus и S. xylosus , которые впоследствии подвергались той же процедуре очистки, ПЦР-амплификации и секвенированию, что и образцы свиней и норок.

    Подсчет MRSA путем культивирования

    Образцы были обработаны в течение 2  часов после отбора и не подвергались центрифугированию или фильтрации из-за проблем, связанных с флокуляцией стафилококков и/или адгезией к клеткам кожи и частицам пыли. Для прямого количественного определения MRSA 100 мкл образца материала, неразбавленного и в разведении 10 -1 , высевали на планшеты, селективные к MRSA (агар Brilliance MRSA2, Oxoid, Basingstoke, UK).Планшеты инкубировали при 37°C в течение ночи и через 18–24 ч подсчитывали колонии с подозрением на MRSA. Одна колония из каждого положительного образца была подтверждена как MRSA с помощью MALDI-TOF и обнаружения с помощью ПЦР генов mecA и nuc 30 .

    Анализ микробиоты и препараты

    ДНК из каждого образца очищали с помощью набора для очистки ДНК крови Maxwell® LEV (Promega Corporation, Мэдисон, Висконсин, США). Сначала тампон энергично встряхивали на высокой скорости, чтобы отделить клетки от тампона.Затем весь образец переносили в 2-мл пробирку Эппендорфа и центрифугировали в течение 15 мин при 20 000 g. Супернатант удаляли и осадок инкубировали в течение 60 мин при 37°С со 100 мкл смеси лизоцима (20 мМ Трис-HCl (pH 8), 2 мМ ЭДТА, 1,2 % Тритон Х, 200 мкг/мл лизостафина и 25 мкг /мл лизоцима). Затем образцы смешивали с 350 мкл лизирующего буфера и добавляли к образцам одну 5-миллиметровую гранулу из нержавеющей стали (Qiagen GmbH, Хильден, Германия) с последующим встряхиванием на Qiagen TissueLyser II (Qiagen GmbH, Хильден, Германия) в течение 2 мин при 20 Гц.Затем образцы инкубировали в течение 1 часа при 56°С с 30 мкл протеиназы К, 20 мг/мл. Затем ДНК экстрагировали на системе Maxwell®16 Research Instrument System (Promega Corporation, Висконсин, США) в соответствии с инструкциями производителя. Концентрацию ДНК количественно определяли на спектрофотометре NanoDrop ND-1000 (NanoDrop Technologies, Уилмингтон, Делавэр, США). Отрицательные контроли были включены для очистки, чтобы контролировать фоновое загрязнение.

    Участки V1-V2 гена 16 S рРНК амплифицировали с помощью ПЦР и секвенировали, как описано Strube et al. . 31 с использованием праймеров V1V2Fw: 5′-AGA GTT TGA TCC TGG CTC AG-3′ и V1V2Rv: 5′-CTG CTG CCT YCC GTA-3′ с гексамерными штрих-кодами и условиями ПЦР, включая 94°C в течение 6 мин; 30 циклов: 94 °C в течение 45 с, 57 °C в течение 45 с и 72 °C в течение 90 с; и 72 °C в течение 10 мин. Ампликоны гена tuf получали с использованием праймеров, адаптированных из Martineau et al. . 18 , TufFw: 5′-GGC CGT GTT GAA CGT GGT CAA ATC A-3′ и TufRv: 5′-TIA CCA TTT CAG TAC CTT CTG GTA A-3′, но были помечены уникальными гексамерными штрих-кодами, позволяющими мультиплексирование образцов.Программа ПЦР включала 94°С в течение 5 мин и 30 циклов: 94°С в течение 30 с, 58°С в течение 45 с, 72°С в течение 90°с и 72°С в течение 10 мин (окончательное удлинение). Отрицательные контроли после очистки ДНК были включены в обе ПЦР. Специфичность праймеров тестировали с помощью ПЦР на чистой культуре Rothia nasimurium, Corynebacterium sp., Clostridium perfringens, Propionibacterium acnes, Streptococcus suis, Escherichia coli и Lactobacillus casei , все из которых были отрицательными. Полученные продукты ПЦР для обоих наборов праймеров, включая отрицательный контроль, затем анализировали на биоанализаторе Agilent 2100 с использованием набора AgilentDNA1000 (Agilent Technologies, Вальдброн, Германия) и далее объединяли в эквимолярных соотношениях (50 нг на образец со штрих-кодом).Затем объединенную ДНК очищали от праймеров и детергентов с использованием набора для очистки ПЦР Qiagen MinElute (Qiagen GmbH, Hilden, Германия) в соответствии с инструкциями производителя. Ампликоны были отправлены в Национальный центр высокопроизводительного секвенирования ДНК Копенгагенского университета, Дания, для секвенирования на платформе Illumina MiSeq 250PE. Затем ампликоны V1-V2 были объединены, отфильтрованы по качеству, проверены на химеры и сопоставлены с базой данных RDP-II SSU с использованием программного обеспечения BION-meta (Датский институт генома, Орхус, Дания).Ампликоны генов tuf были объединены и отфильтрованы по качеству с использованием BION-meta, сгруппированы по сходству 97% с USEARCH 32 , de-novo chimera проверены с помощью UCHIME 33 и таксономически назначены с использованием алгоритма blastn из командной строки BLAST. со специально созданной базой данных tuf , используя длину слова 22 и минимальное сходство 90%. Также был изучен альтернативный рабочий процесс, использующий только USEARCH, но от него отказались из-за меньшей чувствительности.База данных tuf была создана путем загрузки всех геномов Staphylococcus , классифицированных либо как «полный геном», либо как «каркас» из NCBI Genbank (как проиндексировано на ftp://ftp.ncbi.nlm.nih.gov/genomes/genbank). /bacteria/assembly_summary.txt) с последующим извлечением всех CDS, аннотированных как генов tuf , с использованием собственного сценария на основе Perl и bash (доступен по запросу). Затем генов tuf были проверены на правильную длину (между 1150 bp и 1200 bp) и использованы в качестве базы данных для blastn.Ген tuf из S. delphini был добавлен вручную.

    S. equorum специфическая количественная ПЦР, направленная на ген sodA S. equorum, была проведена, как описано у Blaiotta et al. . 27 с добавлением QuantiTect SYBR Green (Qiagen, Hilden, Germany) с использованием 25 нг ДНК для каждой реакции. Для обеспечения эффективности амплификации использовали стандартную кривую серийных разведений ДНК S. equorum . Оценки S. equorum из количественной ПЦР, выраженные в S.equorum ДНК на 25 нг общей ДНК сравнивали с оценками общего количества S тафилококка из секвенирования 16S рРНК для дальнейшего изучения уровней S. equorum .

    Статистический анализ

    Все образцы были нормализованы до 100 000 считываний перед дальнейшим анализом, и данные представлены в полном объеме при построении графика. Чтобы избежать проблем с нормальностью, отдельные OTU сравнивали с помощью теста Краскела-Уоллиса, а затем, если он был значительным, с помощью теста Коновера-Имана, как реализовано в пакете agricolae 34 .Индекс Шеннона использовался для оценки разнообразия и был протестирован с помощью ANOVA. Многомерные закономерности были визуализированы с помощью анализа основных координат (PCoA) и проверены на групповые различия с помощью ANOSIM, Adonis и PERMANOVA из веганского пакета 35 , все с использованием расстояний Брея-Кертиса. Канонический анализ главных координат был использован для оценки представляющих интерес бактерий. Корреляции рассчитываются и отображаются как log10 с использованием корреляций Пирсона. Значения P ниже 0,05 считались значимыми и были скорректированы для множественных сравнений с использованием поправок Sidak 36 при выполнении множественных одномерных анализов.Все тесты были двусторонними.

    Одобрение этических норм и согласие на участие

    Все обращения с животными проводились в соответствии с правилами Министерства юстиции Дании.

    Стафилококковые инфекции: основы практики, фон, патофизиология

  • Schramm GE, Johnson JA, Doherty JA, et al. Метициллин-резистентная инфекция Staphylococcus aureus стерильного участка: важность надлежащего начального антимикробного лечения. Крит Кеар Мед .2006 г., 34 августа (8): 2069-74. [Медлайн].

  • Мермель Л.А., Фарр Б.М., Шерертц Р.Дж. и др. Руководство по лечению внутрисосудистых инфекций, связанных с катетером. Клин Infect Dis . 2001 1 мая. 32(9):1249-72. [Медлайн].

  • Симор А.Э., Филлипс Э., МакГир А. и др. Рандомизированное контролируемое исследование хлоргексидина глюконата для промывания, интраназального мупироцина, рифампина и доксициклина в сравнении с отсутствием лечения для эрадикации метициллин-резистентной колонии Staphylococcus aureus. Клин Infect Dis . 2007 15 января. 44(2):178-85. [Медлайн].

  • Комото А., Майгума Т., Тешима Д., Сугияма Т., Харуки Ю. Эффекты вмешательства фармацевта в лечение ванкомицином пациентов с бактериемией, вызванной метициллин-резистентным золотистым стафилококком. PLoS One . 2018. 13 (9): e0203453. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Ямасаки О., Канеко Дж., Моризанэ С. и др. Ассоциация между штаммами Staphylococcus aureus, несущими гены пантон-валентинового лейкоцидина, и развитием глубинной фолликулярной инфекции. Клин Infect Dis . 2005 1 февраля. 40(3):381-5. [Медлайн].

  • Лабандейра-Рей М., Кузон Ф., Буассет С., Браун Э.Л., Бес М., Бенито Ю. Staphylococcus aureus Пантон-Валентайн лейкоцидин вызывает некротизирующую пневмонию. Наука . 2007 г., 23 февраля. 315(5815):1130-3. [Медлайн].

  • Cremieux AC, Dumitrescu O, Lina G, Vallee C, et al. Пантон-валентный лейкоцидин усиливает тяжесть внебольничного метициллин-резистентного остеомиелита кроликов Staphylococcus aureus. PLoS One . 2009 г., 25 сентября. 4(9):e7204. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Ниенабер Дж.Дж., Шарма Куинкель Б.К., Кларк-Пирсон М., Ламлертон С., Парк Л., Руд Т.Х. и др. Метициллин-чувствительные изоляты Staphylococcus aureus при эндокардите ассоциированы с генотипом клонального комплекса 30 и особым репертуаром энтеротоксинов и адгезинов. J Заразить Dis . 2011 сен. 204(5):704-713. [Медлайн]. [Полный текст].

  • де Йонг NWM, ван Кессель КПМ, ван Страйп JAG.Уклонение от иммунитета золотистого стафилококка. Микробиол Спектр . 2019 7 марта (2): [Medline].

  • Клейнер Э., Монк А.Б., Арчер Г.Л., Форбс Б.А. Клиническое значение Staphylococcus lugdunensis, выделенного из обычных культур. Клин Infect Dis . 2010 1 октября. 51 (7): 801-3. [Медлайн].

  • фон Эйфф К., Беккер К., Мачка К. и др. Назальное носительство как источник бактериемии Staphylococcus aureus. Исследовательская группа. N Английский J Med .2001 г., 4 января. 344 (1): 11–6. [Медлайн].

  • Mertz D, Frei R, Periat N, Zimmerli M, Battegay M, Flückiger U. Эксклюзивное носительство Staphylococcus aureus в горле: группы риска. Arch Intern Med . 2009 г., 26 января. 169 (2): 172-8. [Медлайн].

  • Монтойя А., Шилдхаус Р., Гоял А., Манн Дж. Д., Снайдер А., Чопра В. и др. Как часто руки медицинского персонала колонизируются микроорганизмами с множественной лекарственной устойчивостью? Систематический обзор и метаанализ. Am J Инфекционный контроль . 2019 47 июня (6): 693-703. [Медлайн].

  • Гафтер-Гвили А., Мансур Н., Бивас А. и др. Тромбоцитопения при бактериемии золотистого стафилококка: факторы риска и прогностическое значение. Mayo Clin Proc . 2011 май. 86(5):389-96. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Йылмаз М., Элальди Н., Балкан И.И., Арслан Ф., Батырел А.А., Бакыджи М.З. и др. Предикторы смертности от бактериемии, вызванной золотистым стафилококком: проспективное многоцентровое исследование. Энн Клин Микробиол Антимикроб . 2016 9 фев. 15 (1):7. [Медлайн].

  • McClelland RS, Fowler VG Jr, Sanders LL, et al. Бактериемия, вызванная золотистым стафилококком, среди пожилых и молодых взрослых пациентов: сравнение клинических признаков и смертности. Arch Intern Med . 1999, 14 июня. 159(11):1244-7. [Медлайн].

  • Kravitz GR, Dries DJ, Peterson ML, et al. Молниеносная пурпура, вызванная золотистым стафилококком. Клин Infect Dis .2005 1 апреля. 40(7):941-7. [Медлайн].

  • Бор Д.Х., Вулхендлер С., Нардин Р., Браш Дж., Химмельштейн Д.Ю. Инфекционный эндокардит в США, 1998-2009 гг.: общенациональное исследование. PLoS Один . 2013. 8 (3): e60033. [Медлайн].

  • Tande AJ, Palraj BR, Osmon DR, Berbari EF, Baddour LM, Lohse CM, et al. Клиническая картина, факторы риска и исходы гематогенной инфекции протезированных суставов у пациентов с бактериемией Staphylococcus aureus. Am J Med . 2016 фев. 129 (2): 221.e11-20. [Медлайн].

  • Робичек А., Бомонт Дж. Л., Пол С. М. и др. Всеобщий эпиднадзор за метициллин-резистентным золотистым стафилококком в 3 дочерних больницах. Энн Интерн Мед . 2008 18 марта. 148(6):409-18. [Медлайн].

  • Bischoff WE, Wallis ML, Tucker BK, et al. «Здоровье!» чихание, простуда, аллергия и дисперсия золотистого стафилококка. J Заразить Dis .2006 г., 15 октября. 194(8):1119-26. [Медлайн].

  • Diep BA, Chambers HF, Graber CJ, et al. Появление полирезистентного, внебольничного, метициллин-резистентного клона Staphylococcus aureus USA300 у мужчин, имеющих половые контакты с мужчинами. Энн Интерн Мед . 2008 19 февраля. 148(4):249-57. [Медлайн].

  • Синг А., Тушак С., Хормансдорфер С. Метициллин-резистентный золотистый стафилококк в семье и домашняя кошка. N Английский J Med .2008 13 марта. 358 (11): 1200-1. [Медлайн].

  • Deck MK, Anderson ES, Buckner RJ, Colasante G, Coull JM, Crystal B, et al. Многоцентровая оценка Staphylococcus QuickFISH-метода для одновременной идентификации Staphylococcus aureus и коагулазоотрицательных стафилококков непосредственно из флаконов с культурой крови менее чем за 30 минут. Дж Клин Микробиол . 2012 4 апр. [Medline].

  • Сариконда К.В., Мичек С.Т., Доэрти Дж.А. и др.Назальная колонизация метициллинрезистентным золотистым стафилококком является плохим прогностическим признаком инфекции, вызванной устойчивым к метициллину золотистым стафилококком в отделении интенсивной терапии, требующей лечения антибиотиками. Крит Кеар Мед . 38 октября 2010 г. (10): 1991-5. [Медлайн].

  • Holland TL, Arnold C, Fowler VG Jr. Клиническое лечение бактериемии, вызванной золотистым стафилококком: обзор. ЯМА . 2014 1 октября. 312 (13): 1330-41. [Медлайн].

  • Kaasch AJ, Fowler VG Jr, Rieg S, Peyerl-Hoffmann G, Birkholz H, Hellmich M, et al.Использование набора простых критериев для проведения эхокардиографии при нозокомиальной бактериемии, вызванной золотистым стафилококком. Клин Infect Dis . 2011 1 июля. 53 (1): 1-9. [Медлайн].

  • Тубиана С., Дюваль Х., Алла Ф., Селтон-Сути С., Таттевин П., Делахай Ф. и др. Оценка VIRSTA, прогностическая оценка для оценки риска инфекционного эндокардита и определения приоритета эхокардиографии у пациентов с бактериемией, вызванной золотистым стафилококком. J Заразить . 2016, 22 февраля. [Medline].

  • Думитреску О., Буассе С., Бадью С., Бес М., Бенито Ю., Реверди М.Э. и др. Влияние антибиотиков на золотистый стафилококк, продуцирующий лейкоцидин Пантона-Валентайна. Антимикробные агенты Chemother . 2007 Апрель 51 (4): 1515-9. [Медлайн].

  • Liu C, Bayer A, Cosgrove SE, Daum RS, Fridkin SK, Gorwitz RJ, et al. Клинические практические рекомендации Американского общества инфекционистов по лечению инфекций, вызванных метициллинрезистентным золотистым стафилококком, у взрослых и детей. Клин Infect Dis . 2011 фев. 52(3):e18-55. [Медлайн].

  • McNeil JC, Fritz SA. Стратегии профилактики рецидивирующих внебольничных инфекций кожи и мягких тканей, вызванных золотистым стафилококком. Curr Infect Dis Rep . 2019 11 мар. 21 (4):12. [Медлайн].

  • Бай А.Д., Шоулер А., Берри Л., Стейнберг М., Риччиуто Д.Р., Фернандес Т. и другие. Влияние консультации по инфекционным заболеваниям на качество лечения, смертность и продолжительность пребывания при бактериемии, вызванной золотистым стафилококком: результаты большого многоцентрового когортного исследования. Клин Infect Dis . 2015 15 мая. 60 (10): 1451-61. [Медлайн].

  • Ши С., Сяо И., Чжан Ц., Ли Ц., Ван Ф., Ву Дж. и др. Эффективность и безопасность цефазолина по сравнению с антистафилококковыми пенициллинами для лечения бактериемии, вызванной метициллин-чувствительным золотистым стафилококком: систематический обзор и метаанализ. BMC Infect Dis . 2018 11 окт. 18 (1): 508. [Медлайн].

  • Вайс С., Кессельмайер М., Дэвис Дж.С., Моррис А.М., Ли С., Шераг А. и другие.Цефазолин против антистафилококковых пенициллинов для лечения пациентов с бактериемией, вызванной Staphylococcus aureus. Clin Microbiol Infect . 2019 27 марта. [Medline]. [Полный текст].

  • Al-Hasan MN, Rac H. Переход от внутривенной к пероральной противомикробной терапии у пациентов с неосложненными и осложненными инфекциями кровотока. Clin Microbiol Infect . 2019 22 мая. [Медлайн].

  • Иверсен К., Ихлеманн Н., Гилл С.У., Мэдсен Т., Элминг Х., Дженсен К.Т. и другие.Частичное пероральное и внутривенное лечение эндокардита антибиотиками. N Английский J Med . 2019 31 января. 380 (5): 415-424. [Медлайн].

  • Проктор Р.А. Роль антагонистов фолиевой кислоты в лечении метициллин-резистентной инфекции Staphylococcus aureus. Клин Infect Dis . 15 февраля 2008 г. 46(4):584-93. [Медлайн].

  • Даум Р.С., Миллер Л.Г., Иммерглюк Л., Фриц С., Крич С.Б., Янг Д. и другие. Плацебо-контролируемое исследование антибиотиков при абсцессах кожи меньшего размера. N Английский J Med . 2017 29 июня. 376 (26): 2545-2555. [Медлайн].

  • Pillai SK, Wennersten C, Venkataraman L, Eliopoulos GM, Moellering RC, Karchmer AW. Развитие сниженной чувствительности к ванкомицину у метициллин-чувствительного золотистого стафилококка. Клин Infect Dis . 2009 15 октября. 49(8):1169-74. [Медлайн].

  • [Руководство] Рыбак М.Дж., Ломаэстро Б.М., Ротшафер Дж.К., Меллеринг Р.К., Крейг В.А., Биллетер М. и соавт. Терапевтические рекомендации по ванкомицину: сводка согласованных рекомендаций Американского общества инфекционистов, Американского общества фармацевтов системы здравоохранения и Общества фармацевтов-инфекционистов. Клин Infect Dis . 2009 1 августа. 49(3):325-7. [Медлайн].

  • Любин А.С., Снидман Д.Р., Рутазер Р., Биде П., Голан Ю. Прогнозирование высокой минимальной ингибирующей концентрации ванкомицина при инфекциях кровотока, устойчивых к метициллину Staphylococcus aureus. Клин Infect Dis . 2011 15 апреля. 52(8):997-1002. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Джейн Р., Кралович С.М., Эванс М.Е. и др. Инициатива по делам ветеранов по предотвращению инфекций, вызванных устойчивым к метициллину золотистым стафилококком. N Английский J Med . 2011 14 апреля. 364(15):1419-30. [Медлайн].

  • Steed LL, Costello J, Lohia S, Jones T, Spannhake EW, Nguyen S. Уменьшение назального носительства Staphylococcus aureus у медицинских работников путем лечения назальным антисептиком на спиртовой основе, не содержащим антибиотиков. Am J Инфекционный контроль . 2014 авг. 42 (8): 841-6. [Медлайн]. [Полный текст].

  • Арчер ГЛ. Staphylococcus aureus: хорошо вооруженный возбудитель. Клин Infect Dis .1998 Май. 26(5):1179-81. [Медлайн].

  • Baggett HC, Hennessy TW, Rudolph K, et al. Метициллин-резистентный золотистый стафилококк с внебольничным появлением, связанный с применением антибиотиков и цитотоксина Пантон-Валентин лейкоцидин во время вспышки фурункулеза в сельских районах Аляски. J Заразить Dis . 2004 г., 1 мая. 189(9):1565-73. [Медлайн].

  • Begier EM, Frenette K, Barrett NL, et al. Вспышка метициллин-резистентного золотистого стафилококка с высокой заболеваемостью среди игроков футбольной команды колледжа, чему способствовало косметическое бритье тела и ожоги газона. Клин Infect Dis . 2004 15 ноября. 39(10):1446-53. [Медлайн].

  • Boggs W. Диклоксациллин для лечения бактериемии MSSA связан с более низкой смертностью, чем цефуроксим. Информация о здоровье Reuters. 14 октября 2013 г. Доступно на http://www.medscape.com/viewarticle/81253. Доступ: 22 октября 2013 г.

  • Bouza E. Новый терапевтический выбор для инфекций, вызванных устойчивым к метициллину Staphylococcus aureus. Clin Microbiol Infect . 2009.15:44-52.

  • Кэмпбелл К.М., Вон А.Ф., Рассел К.Л. и др. Факторы риска внебольничной инфекции, вызванной устойчивым к метициллину золотистым стафилококком, при вспышке заболевания среди военных стажеров в Сан-Диего, Калифорния, в 2002 г. J Clin Microbiol . 2004 г., сентябрь 42 (9): 4050-3. [Медлайн].

  • Чанг Ф.Ю., Макдональд Б.Б., Пикок Д.Э. и др. Проспективное многоцентровое исследование бактериемии золотистого стафилококка: заболеваемость эндокардитом, факторы риска смертности и клиническое влияние устойчивости к метициллину. Медицина (Балтимор) . 2003 сен. 82(5):322-32. [Медлайн].

  • Charlebois ED, Perdreau-Remington F, Kreiswirth B, et al. Происхождение штаммов метициллин-резистентного золотистого стафилококка. Клин Infect Dis . 2004 г., 1 июля. 39(1):47-54. [Медлайн].

  • Cosgrove SE, Sakoulas G, Perencevic EN, et al. Сравнение смертности, связанной с метициллин-резистентной и метициллин-чувствительной бактериемией Staphylococcus aureus: метаанализ. Клин Infect Dis . 2003 1 января. 36 (1): 53-9. [Медлайн].

  • Кунья Б.А. Антимикробная терапия мультирезистентных Streptococcus pneumoniae, ванкомицинрезистентных энтерококков и метициллинрезистентных Staphylococcus aureus. Med Clin North Am . 2006 ноябрь 90(6):1165-82. [Медлайн].

  • Кунья Б.А. Метициллинрезистентный золотистый стафилококк: клинические проявления и антимикробная терапия. Clin Microbiol Infect .11 июля 2005 г. Приложение 4: 33–42. [Медлайн].

  • Кунья Б.А. Пероральная антибактериальная терапия серьезных системных инфекций. Med Clin North Am . 2006 ноябрь 90(6):1197-222. [Медлайн].

  • Кунья Б.А. Внутрибольничная пневмония, вызванная золотистым стафилококком: клинические аспекты. Заражение Dis Pract . 2007. 31:557-60.

  • Кунья Б.А., Эйзенштейн Л.Е., Хамид Н.С. Индуцированный кардиостимулятором острый бактериальный эндокардит митрального клапана, вызванный Staphylococcus aureus, осложненный персистирующей бактериемией из коронарного стента: лечение пролонгированными/высокими дозами даптомицина без токсичности. Сердце-легкие . 2006 май-июнь. 35(3):207-11. [Медлайн].

  • Кунья Б.А., Хамид Н., Кесслер Х., Парчури С. Лечение даптомицином после неудачного лечения цефазолином острого бактериального эндокардита трехстворчатого клапана, чувствительного к метициллину Staphylococcus aureus (MSSA) из линии периферически вставленного центрального катетера (PICC). Сердце-легкие . 2005 ноябрь-декабрь. 34(6):442-7. [Медлайн].

  • Cunha BA, Mikail N, Eisenstein L. Стойкая метициллин-резистентная бактериемия Staphylococcus aureus (MRSA) из-за «толерантного» к линезолиду штамма. Сердце-легкие . 2008 сен-окт. 37(5):398-400. [Медлайн].

  • Кунья Б.А., Ферез FM. Резистентность к даптомицину и неэффективность лечения после введения ванкомицина при остром бактериальном эндокардите митрального клапана (АБЕ) метициллин-резистентного золотистого стафилококка (МРЗС). Eur J Clin Microbiol Infect Dis . 2009 г. 28 июля (7): 831-3. [Медлайн].

  • Czachor J, Herchline T. Бактериальный неменструальный стафилококковый синдром токсического шока, связанный с энтеротоксинами A и C. Клин Infect Dis . 2001 1 февраля. 32(3):E53-6. [Медлайн].

  • Даум Р.С., Ито Т., Хирамацу К. и др. Новая кассета устойчивости к метициллину у внебольничных устойчивых к метициллину изолятов золотистого стафилококка различного генетического происхождения. J Заразить Dis . 1 ноября 2002 г. 186 (9): 1344-7. [Медлайн].

  • Дерезински С. Метициллин-резистентный золотистый стафилококк: эволюционная, эпидемиологическая и терапевтическая одиссея. Клин Infect Dis . 2005 15 февраля. 40(4):562-73. [Медлайн].

  • Фаулер В.Г. мл., Сандерс Л.Л., Конг Л.К. и др. Инфекционный эндокардит, вызванный Staphylococcus aureus: 59 проспективно выявленных случаев с последующим наблюдением. Клин Infect Dis . 1999 г., 28 января (1): 106–14. [Медлайн].

  • Фаулер В.Г. мл., Сандерс Л.Л., Секстон Д.Дж. и др. Исход бактериемии золотистого стафилококка при соблюдении рекомендаций инфекционистов: опыт ведения 244 больных. Клин Infect Dis . 1998 г., 27 сентября (3): 478–86. [Медлайн].

  • Фрэнсис Дж.С., Доэрти М.С., Лопатин У. и др. Тяжелая внебольничная пневмония у здоровых взрослых, вызванная устойчивым к метициллину Staphylococcus aureus, несущим гены лейкоцидина Пантона-Валентайна. Клин Infect Dis . 2005 1 января. 40(1):100-7. [Медлайн].

  • Фридкин С.К., Хагеман Дж.К., Моррисон М. и др. Метициллин-резистентный золотистый стафилококк в трех сообществах. N Английский J Med . 2005 г., 7 апреля. 352(14):1436-44. [Медлайн].

  • Grundmann H, Aires-de-Sousa M, Boyce J, Tiemersma E. Появление и возрождение метициллин-резистентного золотистого стафилококка как угрозы общественному здравоохранению. Ланцет . 2006 г., 2 сентября. 368(9538):874-85. [Медлайн].

  • Харбарт С., Лиассин Н., Дхаран С. и др. Факторы риска персистирующего носительства метициллинрезистентного золотистого стафилококка. Клин Infect Dis .2000 г. 31 декабря (6): 1380-5. [Медлайн].

  • Herchline TE, Ayers LW. Возникновение Staphylococcus lugdunensis в последовательных клинических культурах и связь выделения с инфекцией. Дж Клин Микробиол . 1991 март 29 (3): 419-21. [Медлайн].

  • Herchline TE, Barnishan J, Ayers LW, et al. Производство пенициллиназы и чувствительность Staphylococcus lugdunensis in vitro. Антимикробные агенты Chemother . 1990 г., 34 декабря (12): 2434-5.[Медлайн].

  • Jensen AG, Wachmann CH, Espersen F, et al. Лечение и исход бактериемии золотистого стафилококка: проспективное исследование 278 случаев. Arch Intern Med . 2002 г., 14 января. 162 (1): 25–32. [Медлайн].

  • Казакова С.В., Хагеман Дж.С., Матава М. и др. Клон метициллин-резистентного золотистого стафилококка среди профессиональных футболистов. N Английский J Med . 3 февраля 2005 г. 352(5):468-75. [Медлайн].

  • Клоос В.Е., Баннерман Т.Л.Обновление клинического значения коагулазонегативных стафилококков. Clin Microbiol Rev . 1994 7 января (1): 117-40. [Медлайн].

  • Меконцо-Дессап А., Кирш М., Брун-Бюиссон С. и др. Постстернотомный медиастинит, вызванный Staphylococcus aureus: сравнение метициллин-резистентных и метициллин-чувствительных случаев. Клин Infect Dis . 2001 15 марта. 32(6):877-83. [Медлайн].

  • Миллер Л.Г., Дьеп Б.А. Клиническая практика: колонизация, фомиты и вирулентность: переосмысление патогенеза внебольничной метициллин-резистентной инфекции Staphylococcus aureus. Клин Infect Dis . 2008 1 марта. 46(5):752-60. [Медлайн].

  • Мохан С.С., Макдермотт Б.П., Кунья Б.А. Эндокардит протеза аортального клапана, устойчивый к метициллину Staphylococcus aureus, с параклапанным абсцессом, леченный даптомицином. Сердце-легкие . 2005 январь-февраль. 34(1):69-71. [Медлайн].

  • Наими Т.С., ЛеДелл К.Х., Комо-Сабетти К. и др. Сравнение метициллин-резистентной инфекции золотистого стафилококка, связанной с оказанием медицинской помощи. ЯМА . 2003 10 декабря. 290(22):2976-84. [Медлайн].

  • Nouwen JL, Ott A, Kluytmans-Vandenbergh MF, et al. Прогнозирование состояния назального носительства золотистого стафилококка: вывод и проверка «правила культуры». Клин Infect Dis . 2004 г., 15 сентября. 39(6):806-11. [Медлайн].

  • Поленаковик Х., Херчлайн Т., Бачеллер С. и др. Эндокардит Staphylococcus lugdunensis после ангиографии. Mayo Clin Proc . 2000 июнь.75(6):656-7. [Медлайн].

  • Rasmussen JB, Knudsen JD, Arpi M, Schønheyder HC, Benfield T, Ostergaard C. Относительная эффективность цефуроксима по сравнению с диклоксациллином в качестве окончательной противомикробной терапии при метициллин-чувствительной бактериемии Staphylococcus aureus: ретроспективное когортное исследование с поправкой на показатель предрасположенности. J Антимикроб Химический . 2013 3 октября. [Medline].

  • Сайман Л., О’Киф М., Грэм П.Л. 3-й и др. Госпитальная передача внебольничного метициллин-резистентного золотистого стафилококка среди родильниц. Клин Infect Dis . 2003 15 ноября. 37(10):1313-9. [Медлайн].

  • Smith TL, Pearson ML, Wilcox KR, et al. Возникновение устойчивости к ванкомицину у Staphylococcus aureus. Рабочая группа по гликопептидному промежуточному золотистому стафилококку. N Английский J Med . 1999 г., 18 февраля. 340(7):493-501. [Медлайн].

  • Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. Сообщение FDA о безопасности лекарственных средств: возможны серьезные реакции со стороны ЦНС, когда линезолид (Zyvox®) назначается пациентам, принимающим определенные психиатрические препараты.Доступно на http://www.fda.gov/Drugs/DrugSafety/ucm265305.htm. Доступ: 27 июля 2011 г.

  • Ванденеш Ф., Наими Т., Энрайт М.С. и др. Внебольничный устойчивый к метициллину золотистый стафилококк, несущий гены лейкоцидина Пантона-Валентина: появление во всем мире. Внезапное заражение Dis . 2003 г. 9 августа (8): 978-84. [Медлайн].

  • Произошла ошибка при установке пользовательского файла cookie

    Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности.Если ваш браузер не принимает файлы cookie, вы не можете просматривать этот сайт.


    Настройка браузера на прием файлов cookie

    Существует множество причин, по которым файл cookie не может быть установлен правильно. Ниже приведены наиболее распространенные причины:

    • В вашем браузере отключены файлы cookie. Вам необходимо сбросить настройки браузера, чтобы принять файлы cookie, или спросить вас, хотите ли вы принимать файлы cookie.
    • Ваш браузер спрашивает, хотите ли вы принимать файлы cookie, и вы отказались.Чтобы принять файлы cookie с этого сайта, нажмите кнопку «Назад» и примите файл cookie.
    • Ваш браузер не поддерживает файлы cookie. Попробуйте другой браузер, если вы подозреваете это.
    • Дата на вашем компьютере в прошлом. Если часы вашего компьютера показывают дату до 1 января 1970 г., браузер автоматически забудет файл cookie. Чтобы это исправить, установите правильное время и дату на своем компьютере.
    • Вы установили приложение, которое отслеживает или блокирует установку файлов cookie.Вы должны отключить приложение при входе в систему или проконсультироваться с системным администратором.

    Почему этому сайту требуются файлы cookie?

    Этот сайт использует файлы cookie для повышения производительности, запоминая, что вы вошли в систему, когда переходите со страницы на страницу. Предоставить доступ без файлов cookie потребует от сайта создания нового сеанса для каждой посещаемой вами страницы, что замедляет работу системы до неприемлемого уровня.


    Что сохраняется в файле cookie?

    Этот сайт не хранит ничего, кроме автоматически сгенерированного идентификатора сеанса в файле cookie; никакая другая информация не фиксируется.

    Как правило, в файле cookie может храниться только та информация, которую вы предоставляете, или выбор, который вы делаете при посещении веб-сайта. Например, сайт не может определить ваше имя электронной почты, если вы не решите ввести его. Разрешение веб-сайту создавать файлы cookie не дает этому или любому другому сайту доступ к остальной части вашего компьютера, и только сайт, создавший файл cookie, может его прочитать.

    (PDF) Инфекции, вызванные золотистым стафилококком; Ведение через нос

    Назальное носительство золотистого стафилококка: риски и меры профилактики

    35

    53.Александр Э.Х., Хадсон М.С. Факторы, влияющие на интернализацию золотистого стафилококка и влияние

    на течение инфекций у человека. Appl Microbiol Biotechnol 2001;56(3-4):361-6.

    54. Куксон Б.Д. Возникновение устойчивости к мупироцину: вызов инфекционному контролю и практике назначения антибиотиков

    . J Antimicrob Chemother 1998;41(1):11-8.

    55. Fung S, O’Grady S, Kennedy C, Dedier H, Campbell I, Conly J. Использование полиспориновой мази в эрадикации

    метициллин-резистентных колоний Staphylococcus aureus: пилотное исследование.Хосп Infect Control

    Epidemiol 2000;21(10):653-5.

    56. Сото Н.Э., Вагджимал А., Шталь-Авиколли А., Протич Дж. Р., Лутвик Л.И., Чапник Э.К. Бацитрацин в сравнении с мупироцином

    при назальной колонизации Staphylococcus aureus. Infect Control Hosp Epidemiol 1999;20(5):351-3.

    57. Parras F, Guerrero MC, Bouza E, et al. Сравнительное исследование мупироцина и котримоксазола для перорального применения плюс местно

    фузидовая кислота в эрадикации назального носительства метициллин-резистентного золотистого стафилококка.Antimicrob

    Agents Chemother 1995;39(1):175-9.

    58. Quickel KE, Jr., Selden R, Caldwell JR, Nora NF, Schaffner W. Эффективность и безопасность местного лизостафина

    для лечения стойкого назального носительства Staphylococcus aureus. Appl Microbiol 1971;22(3):446-50.

    59. Карсон С.Ф., Куксон Б.Д., Фаррелли Х.Д., Райли Т.В. Чувствительность метициллин-резистентного золотистого стафилококка

    к эфирному маслу Melaleuca alternifolia. J Antimicrob Chemother 1995;35(3):421-4.

    60. Драйден М.С., Дайлли С., Крауч М. Рандомизированное контролируемое исследование препаратов чайного дерева для местного применения по сравнению со стандартным местным режимом

    для очистки от колоний MRSA. J Hosp Infect 2004;56(4):283-6.

    61. Хилл Р.Л., Кейсуэлл М.В. Активность крема повидон-йод в лабораторных условиях в отношении золотистого стафилококка и его биодоступность в выделениях из носа. J Hosp Infect 2000;45(3):198-205.

    62. Чоу Дж.В., Ю.В.Л. Назальное носительство золотистого стафилококка у гемодиализных больных.Его роль в инфекции и

    подходы к профилактике. Arch Intern Med 1989;149(6):1258-62.

    63. Шайнфилд Х.Р., Риббл Дж.К., Эйхенвальд Х.Ф., Борис М., Сазерленд Дж.М. Бактериальное вмешательство: его влияние на

    внутриутробную инфекцию Staphylococcus aureus. V. Анализ и интерпретация. Am J Dis Child

    1963;105: 683-8.

    64. Strauss WG, Maibach HI, Shinefield HR. Бактериально-интерференционная терапия рецидивирующего фурункулеза.2.

    Демонстрация связи штамма с патогенностью. Джама 1969; 208 (5): 861-3.

    65. Друц Д.Дж., Ван Уэй М.Х., Шаффнер В., Кениг М.Г. Бактериальная интерференция в терапии рецидивирующих

    стафилококковых инфекций. Множественные абсцессы вследствие имплантации стафилококка штамма 502А.

    N Engl J Med 1966;275(21):1161-5.

    66. Uehara Y, Nakama H, Agematsu K, et al. Бактериальная интерференция среди обитателей носа: эрадикация

    Staphylococcus aureus из носовых полостей путем искусственной имплантации Corynebacterium sp.

    Стафилококк в носу 3 10 в 3 степени: Золотистый стафилококк в носу, симптомы золотистого стафилококка ✴️ Медикит

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.